Лейтенант завел машину и обнаружил, что она с механической коробкой. Это было плохо – каждое нажатие на сцепление отдавалось болью в боку. Он чувствовал, как текла кровь, пропитывая брюки. Надеясь только на то, что он успеет их вывезти до того, как отключится от потери крови. Он знал короткую дорогу и надеялся, что они смогут проскочить. До точки эвакуации вертолетом на машине не проехать – там лес. Дойти для него и Тома не вариант.
- Шутер, давай я сяду за руль, ты ранен, - пробормотала Бинго.
- Ты не знаешь дорогу, - он вцепился в руль, - и это механика.
- Я вожу механику, я справлюсь, - упрашивала она.
Через время, он почувствовал онемение в левой ноге и давить на сцепление стало тяжело, а ухабистая грунтовка не давала расслабится. Затормозил и они поменялись. Тома снова вырвало. Контузия, это плохо.
Зои поняла, насколько все паршиво только когда плюхнулась на водительское сидение и брюки сразу пропитались кровью Рамиреса. Она посмотрела в его бледное лицо и только спросила: «Куда?». В этой части паутина грунтовок представляла совершенную путаницу и можно было долго петлять, разыскивая правильный путь.
- Держись северо-западного направления. Должны выскочить на старую дорогу к базе. Сейчас по ней загоняют технику, на ней повернешь направо.
Сверяя направление с компасом, девушка ехала через лес, молясь только не столкнуться с повстанцами и конечно это произошло. На открытой местности их нетрудно было заметить, но альтернативного пути не было.
- Пригнись, - заорала она Рамиресу, и сама сжалась за рулем. Пули прошили машину в нескольких местах. От погони спасло только то, что их разделял небольшой овраг, а за ним она снова нырнула в заросли. Дорога петляла и становилась все более не проездной, ветви уже с обеих сторон скрежетали по кузову.
- Эрик, только не отключайся, говори со мной, показывай дорогу, - молила она, но его речь становилась все медленнее. После того как она поняла, что колеса скорее всего прострелены и почти спустили, Рамирес больше не ответил. Его голова безвольно болталась на ухабах. Отчаяние затопило ее, но вдруг она выскочила на асфальт.
Сцепив зубы, она надавила на газ, выжимая все что можно из этого ржавого корыта. В голове крутилось только одно: «Успеть довезти».
Дорога была старая, ее давно не эксплуатировали. Только военную технику перегоняли к ним на базу. Время не пощадило ее, а гусеницы и тяжелые механизмы убили в хлам остатки покрытия. Теперь, когда она неслась просто на ободах, все ямы отбивали в руль и она еле держала его. Входя в поворот, обнаружила что провалились тормоза и застонала от бессилия, понимая, что машину несет в кювет. Понизила на две передачи сразу, двигатель взвыл, но джип замедлился ровно настолько чтобы она вписалась.
Включила рацию, увидев знакомый холм, за которым был въезд для техники.
- Вызывает Бинго, база ответьте, - тишина, они далеко или холм мешает.
Через минуту повторила.
И еще.
И еще.
Тишина.
Она лихорадочно соображала, что делать если ворота не откроют. Она может не успеть. Рамирес вытечет пока медики доберутся до въезда.
- Это Бинго, база прием!
- Бинго, база слушает, - ожила рация.
- Двигаюсь на внедорожнике черного цвета. Торможение невозможно. Откройте технический въезд. Со мной Шутер и Шедоу тяжело ранены. Прием.
- База приняла, въезд открыт.
- Минуя ворота, Зои уже начала тормозить, понижая передачи. По пути к медчасти удалось сбросить скорость, но окончательно остановить тяжелый джип удалось только прислонив диски к бордюру. Со страшным скрежетом машина стала и к ним бросились с носилками люди в белом. Она выскочила и заметив доктора быстро доложила:
- Бартон – контузия, Рамирес - осколочное слева, значительная потеря крови.
Левин кивнул, не глядя на нее и побежал за носилками, отдавая указания на ходу. Она сняла шлем, балаклаву, уронила руки на горячий капот и склонила на них лицо.
Не имея понятия сколько так простояла, но услышав тяжелые шаги обернулась.
Джон. Почти бежит к ней. С вертолетной площадки доносится шум лопастей. Только что тоже вернулся. Снял на ходу шлем. Остановился напротив. Оглядел ее. Раскуроченный внедорожник.
- Что произошло?