У метро его ждал темно-синий «форд». Красавчик быстро сел на переднее сиденье рядом с водителем, и «форд», с места взяв под шестьдесят, выскочил на Крымский мост и — с концами. Сырцов водителя не разглядел, но номер «форда» запомнил. Да толку что: его и не прятали.
Много времени отняло возвращение домой: под душ он встал в одиннадцать, а в одиннадцать двадцать позвонила любознательная Люба.
— Выследили его, Георгий?
— А зачем?
— Как — зачем? — страшно удивилась Люба. — Выяснить личность преступника, его связи и, естественно, привлечь к ответственности.
— За что? За то, что с вами познакомился? Лучше скажите мне, Люба, голос нашего красавчика ничем не напоминает тот красивый баритон, что беспокоил вас два дня тому назад?
— Ну что вы! Красавчик — сявый, а тот в пределах допустимого интеллигентен.
— Второй вопрос. О чем он так пылко и долго говорил вам?
— О любви, понятное дело.
— А еще?
— Ахинею нес соответствующую. Что однажды, когда, мол, мы были с Ксенией, его приятель, который его сопровождал, с первого взгляда влюбился в нее и теперь, по мнению красавчика, нам неплохо было бы всем четверым объединиться в теплую компанию, предающуюся простым радостям бытия.
— Жидковато, Люба.
— Так а я о чем говорю!
— И на чем остановились?
— Он завтра позвонит.
— Кстати, как зовут его?
— Противоестественно звучно: Арсений.
— Своего телефона вам не дал?
— Не-а. Говорит, только-только новую квартиру купил. Без телефона пока.
— Ясненько. Чем вы завтра собрались заниматься?
— Послезавтра у меня главный экзамен — латынь.
— Значит, завтра зубрить будете. Если Арсений вам позвонит, сразу же звоните мне.
— А если не позвонит?
— Тогда тем более, Люба, тем более!
— Не разбираюсь я в ваших сыщицких изысках, но все исполню. Кстати, Георгий, а вы почему мне о любви не говорите?
— «О любви не говори, о ней все сказано!» — достаточно фальшиво спел Сырцов.
— Это мне не говорить или вам?
— Мне, мне!
— Тогда я вас нежно целую, Георгий. — И положила трубку.
Спать, спать. Уж был денек! Для того, чтобы быстрее заснуть, Сырцов в картинках представил этапы большого пути: пробуждение на даче у Деда после четырехчасового похмельного сна, полтора часа мучительного въезда в Москву, топтание у подъезда свежеубитого Мишани, отвратительное общение с Англичанином, пентхауз, крыша, любезный Логунов и нелюбезная Светлана Дмитриевна с загадочной горничной Элей, легкая прослушка диалога семейной пары, подхалимская с его стороны беседа с Вовкой Демидовым, вползание в дом родной, выползание, топтание вокруг Любы и красавчика Арсения, снова вползание в дом и телефон, телефон, телефон...
Телефон звонил, а Сырцов крепко спал.
Но уж утром телефон разбудил его. Не снимая трубки, он глянул на наручные часы. Ровно восемь. Воспитанные люди в такое время не звонят. Откликнулся на звон невоспитанного:
— Ну?
— Извините меня, Георгий Петрович. Я понимаю, что я — невоспитанная хамка, но, клянусь, нет никаких сил вот так бессмысленно и безнадежно ждать.
— Здравствуйте, Светлана Дмитриевна, — просипел Сырцов и перевел себя из горизонтального положения в вертикальное. Заговорил звончее: — О возможности вашей встречи с Ксенией я смогу сообщить вам не ранее второй половины дня.
— Еще раз извини меня, Георгий, я не поздоровалась. Но у тебя есть хоть какая-нибудь уверенность в том, что эта встреча может состояться в ближайшее время?
— Уверенности у меня хоть отбавляй, — разозленный переходами с «вы» на «ты» Сырцов закусил удила. — А ближайшее время — понятие весьма растяжимое. Еще раз повторяю: во второй половине дня!
— Мне позвонить вам или вам удобнее звонить мне? — топким голосом осведомилось робкое дитя Светлана Дмитриевна.
— Я — вам. С трех будьте у телефона.
— А может быть, лучше мне? Из автомата позвонить?
— Куда? — раздраженно осведомился Сырцов.
— Вам, вам!
— Что — враг подслушивает? Не беспокойтесь и делайте, как сказал я.
— Ты — единственная моя надежда, Георгий! — в который раз повторила она.
До десяти времени навалом. Можно и человеком себя почувствовать. Не дергаясь, побрился, помылся, сознательно позавтракал и даже за газеткой «Спорт-экспресс» спустился, чтобы кофе пить подобно истинному джентльмену — параллельно знакомясь с новостями. Хотя бы спортивными. Ну что ж, «Спартак» опять выиграл (Деду радость), Шумахер заделал всех в «Формуле-1», наш хоккеист давал интервью, как неплохо он живет и играет в Америке. Сегодняшний номер Сырцов прочитал от корки до корки, а вчерашний и позавчерашний просмотрел: о новостях этих знал, краем уха по радио слышал.
А вот и десять, а вот и Демидов:
— Капитан Демидов.
— Старший лейтенант запаса Сырцов. Здравия желаю, товарищ капитан!
— Здорово. Ну, кое-что я тебе накопал. Записывай.
— Дед научил запоминать.
— Тогда слушай. Элеонора Михайловна Есипова, тысяча Девятьсот семидесятого года рождения, русская, образование незаконченное высшее — курс полностью прошла, но диплом не защитила в бывшем Плехановском, ныне каком-то университете...
— Когда? — перебил Сырцов.
— Что — когда?
— Когда должна была диплом защищать?
— Летом прошлого года.
— А когда к Логуновым в услужение поступила?
— Летом прошлого года, — повторил Демидов и сам удивился: — Любопытная картинка!
— Без сомнения. А что дамочки из РЭУ говорят?
— Ох и говорят! Но пока закончим с анкетными данными. Не замужем...
— А была? — перебил Сырцов.
— Была, была. Год замужем была.
— Есипова — фамилия мужа?
— Нет, родительская. Ты будешь слушать или нет?! Прописана у матери на Нагорной улице...
— Прописана или живет? — опять не Выдержал Сырцов.
— Я трубку брошу, — ласково пригрозил Демидов.
— Ну, извини, извини, — бойким баском (чуял, что виноват) сказал Сырцов. — Но, как я понимаю, с официозом все?
— Все. Теперь неофициальные сведения. — Хотел быть серьезным молодой Демидов, но не выдержал: — Туалеты от Зайцева! Информация от дамочек! Получайте все это и никогда не прогадаете!
— Хочу получать и не прогадывать, — хищно помечтал Сырцов.
— Получай! — великодушно объявил Демидов. — Элеонора Михайловна Есипова — дама высокомерная, нахальная и некультурная уже потому, что другим дамам, дамочкам из РЭУ, при оформлении на работу даже улыбнуться не соизволила ни разу. Но это, с их точки зрения, еще цветочки. Элеонора до Логуновых добирается изредка на городском транспорте, но чаще всего ее подвозят на шикарном «БМВ». Это прислугу-то! И в 19.00 отвозят назад.
— Возит хозяйский шофер? — быстро спросил Сырцов.
— Вот и неправдочка ваша! — кому-то подражая, возразил Демидов. — Посторонний паренек в шикарном прикиде. И живет-то наша Элеонора не там, где прописана, а в шикарном новом доме у Абельмановской заставы. Ты знаешь, Жора, я бы этих дамочек к нам топтунами с удовольствием взял, хотя бы на полставки. Вот ведь работают!
— Еще что-нибудь есть?
— Пока все. Но дамочки обещали еще кое-что подкинуть.
— Вовик, еще одна просьба! — заныл Сырцов. — Позвони в РЭУ на Нагорную и сообщи тамошним дамочкам, что завтра у них будет ваш секретный представитель Сырцов Г.П.
— Ты — как пиявка! — деланно возмутился Демидов. — Вопьешься и не оторвать! А я хочу служить беспорочно.
— Согреши, Вова! — взмолился Сырцов.
— Не согрешишь — не покаешься, — понял Демидов.
К Деду добрался кружным путем: по набережной, на Беговую, Бутырской, Яблочкова, через Отрадное и на Осташковское шоссе. Суетно, зигзагом и нескоро, но зато за МКАД проверка на узком асфальте — лучше некуда. Проверился. Вроде за собой никого не тащил.
Вот и поворот направо, на новую ТЭЦ. Дал как следует и выкатил к Тайнинке. Там повертелся по бывшим дачным улочкам и наконец решился выехать на Ярославское шоссе.