Инари бродила по деревне, погруженная в свои мысли. Ей было любопытно, от куда Сивил, знает ее, зачем она нужна Вильяму? Еще и эти кошмары, с того дня, когда она увидела его, они преследуют ее. Демоница, была уверена в одном, это не просто сны, они хотят донести до нее что-то, но что? Еще, ее тянуло к той поляне, словно ее звали идти туда. Лисица, увидела лавочку, стоящую у входа в чайный домик и присела. Она подняла лицо к небу, любуясь звездами, которые казалось, танцевали вокруг полной луны. Прохладный воздух, был приятным, ветерок разносил аромат цветов, смешанных с ароматом свежей выпечки. Дальше, ее мысли погрузились в размышления о сегодняшнем. Она чувствовала вину, зная, что Томео, тоже не по себе, но гордость не давала ей сделать первый шаг. Он не должен был кричать на нее, да еще ко всему этому, открыто показывал свое внимание другой. Что сильно бесило ее, но как ни крути, она просто обязана извиниться. Это ведь так просто, сказал и все! Или нет. Она глубоко вздохнула, ища ответы в своих мыслях. Репетируя разговор, она представляла, как подходит к нему, как заводит разговор, потом извиняется. Вроде бы, так просто, но и сложно одновременно.
Ее вернул в реальность, голос мальчика, он подсел к ней, облизывая леденец на палочке.
- Тетя не грусти, вот, возьми конфетку, смотри какая яркая, только не грусти.
Инари улыбнулась, беря в руки гостинец.
- А, где твоя мама?
- Вон там.
Мальчик показал ручкой в сторону другой лавочки, там сидели две женщины и вели оживленный разговор.
- А почему ты грустишь, сегодня праздник, а ты грустишь?
Мальчик смотрел на Инари, своими большими, карими глазами, махая ножками.
- Понимаешь, я обидела кое-кого, ну, того, кто мне очень дорог и теперь не знаю, как быть.
- О, это не беда, вот если я, огорчаю свою маму, то подхожу к ней, и обнимаю, потом прошу прощения и все. И ты пойди, и сделай так же, вот увидишь, он простит и все наладится.
Инари улыбалась, “даже ребенок знает, что нужно сделать, но как быть, если гордость выше разума?”
Она вернула конфету ребенку.
- Как твое имя?
- Даичи, а тебя?
- Инари.
- ООО, как богиню, а может, ты и есть богиня? Ты, такая красивая как она, и глаза у тебя волшебные.
Инари, подмигнула ему.
- Нет, я не богиня, но очень многое могу.
- Мне пора, тетя, улыбайся. У тебя красивая улыбка, теплая.
Мальчик помахал рукой и вернулся к матери. Инари, все-таки приняла решение, и двинулась к ребятам.
Нашла она их быстро, вся команда веселилась не далеко, в баре, с открытой верандой. Рен и Эйми танцевали, было видно, что они, уже прилично попробовали местные напитки. Изаму и Нобору, сидели за столиком и беседовали, не забывая поглядывать за девочками. Но, когда ее взгляд упал на столик, рядом стоящий, Инари в миг забыла, зачем пришла. Увидев мужа, в компании Осаки, она не нашла в себе силы побороть злость. Ее остановил разум, вовремя пробравшийся сквозь пелену гнева, кричащий, что нельзя, что бы пострадали другие. Но ревность, взяла вверх, Инари быстрым движением руки, смахнула слезы обиды. Схватила бутылку с вином, и скрылась из виду. Она надеялась, что ее ни кто не видел, но ошиблась. Нобору и Изаму, успели заметить свою подругу, да и Рен, сквозь хмельное настроение, пришла в бешенство. Но ее остановила Эйми, говоря, что сейчас они ей ни чем не могут помочь, разве что, оборвать ноги Осаки. Но это занятие, не должно привлечь внимание, по этому, они сделают это позже.
Томео, уже наскучило общество Осаки, он встал и пошел на поиски жены. Уже прошло слишком, достаточно времени, а ее все нет. Он проходил мимо торговых рядов, когда его взгляд упал на красивое колечко, с синим камнем. Томео, подошел и взял в руки украшение, ближе разглядывая. Продавец, увидев мужчину, с серебряными волосами и подумал, что тот, явно не бедный клиент. И стал рекламировать вещь, по полной программе. Томео, не прислушивался к нему, он и так знал, кольцо идеально будет смотреться на пальчике его девочки. Лис отдал плату, и пошел дальше искать жену. Спустя время, он так и не смог найти Инари, решив, что она могла найти ребят, Томео решил вернуться к ним. Придя в бар, Томео не обнаружил Инари, он подошел к танцующей Рен. Но та, на его вопрос, лишь накинулась на него с обвинениями.