- Тебе нужно успокоиться. Ты слишком паникуешь. Мне не нравится, когда с тобой такое происходит, - сказала она.
Ничто не могло меня успокоить, не тогда, когда к дому подъехала вторая машина.
Глава 7
Дверь машины хлопнула, и я услышала скрип лестницы. Похоже, Вина бежала вниз, чтобы защитить меня. Она была моим представителем, моим посредником, моим голосом и моим воином. Когда мы были детьми, другие дети в трейлерном парке издевались надо мной. Она была готова противостоять самому большому хулигану, не отступая назад. Никто не связывался со мной, когда рядом была Вина.
А снаружи, из второй припарковавшейся машины, вышел Томас. Алекс начал кричать на него, а Томас в это время смотрел вниз перед собой. Мой бедный Томас, он принял весь огонь на себя и был унижен за то, что, как нам казалось, было веселой ночной вылазкой. Я видела, как он мотал головой и продолжал смотреть под ноги, пока Алекс кричал и тыкал в него пальцем. Алекс пошел к двери, Томас пошел за ним.
Дверь открылась, и голос Алекса вызвал волну жара во всем теле.
- Я хочу, чтобы вы все убрались отсюда подальше. Я со всем разберусь. Вы отправляетесь завтракать или куда-нибудь еще. Я знаю, что вы все желаете нам добра и любите нас, но Прюденс и я должны сами все решить.
Моя группа поддержки отправилась в джип Бьюлы. Губы двигались, пальцы указывали, а Вина посмотрела на меня, послав мне воздушный поцелуй, и подняла большой палец вверх. Я сверлила глазами дверь спальни в ожидании, когда она слетит с петель. Я почувствовала себя маленькой девочкой в трейлерном парке как тогда, когда Морт ворвался в мою комнату. Я приготовилась к тому, что придется ругаться и кричать.
К моему удивлению дверь с петель не слетела. Никакого крика и ругани. Дверь открылась и, тяжело дыша, вошел Беккет. Я стояла спиной к двери, все еще выглядывая в окно и боясь повернуться. Должно быть он разочарован во мне. Мне нужно начать первой.
- Алекс, я не знаю, что сказать. – Я повернулась. Он был одет в старые потертые джинсы, кожаную куртку и бейсболку и выглядел измотанным и уставшим. От этого у меня защемило сердце.
- О чем ты думала прошлой ночью? – спросил он спокойно.
- Я не думала. Я хотела сходить куда-нибудь и повеселиться. Я хотела быть Прюденс Ромейн, а не женой сенатора Конрада. Я хотела быть двадцатишестилетней, а не среднего возраста. Я хотела забыть о своей семье и Бьюле. Это не оправдание, но это все, что я могу сказать. Прости меня. Я пойму, если ты не сможешь простить.
Он ничего не ответил. Он стоял, засунув руки в карманы. Я снова отвернулась.
- Ты должна была понимать, что кто-нибудь узнает тебя. Ты же была на всех полосах из-за истории со Стеллой. Я не понимаю, но в который раз стараюсь понять. Ты молода и нуждаешься в развлечениях. Ты должна поступать в соответствии со своим возрастом, выходить куда-нибудь и веселиться. Я слишком серьезен и слишком сосредоточен на своей жизни, своей речи и кампании.
Я знала, что он скажет что-нибудь о разнице в возрасте.
- Прюденс? – спросил он шепотом.
Я повернулась к нему. Человек, которого я любила с шестнадцати лет, был близок к тому, чтобы сказать мне собирать вещи и убираться в свою квартиру. Надеяться не на что, я вела себя слишком безответственно. Он был настроен на то, чтобы баллотироваться в президенты, а во мне не было ни капли от первой леди.
- Я так злюсь на тебя.
Я покачала головой. Он подошел ближе к окну, где я стояла. Казалось, что он хочет прикоснуться ко мне.
- И в довершении всего ты до чертиков меня напугала. Я звонил тебе много раз, и ты не отвечала. Я ведь не знал, что ты куда-то отправилась с Томасом. Марк, Эш и другие ребята пытаются все исправить. Мы достаточно быстро отреагировали. Все еще можно удалить и остановить. Они применили свою компьютерную магию, чтобы убрать видео из Интернета. Это было видео с чьего-то телефона, и я с этим ничего не могу поделать. Все, что я могу, это надеяться, что эти парни смогут блокировать видео каждый раз, когда его выкладывают. Это отняло у меня много времени. Меня долго не было рядом. Бог знает, сколько времени я не уделял тебе внимания. Прости меня за это, но все же, Прюденс, не надо было так поступать, чтобы привлечь мое внимание.
После этих слов я повернулась, и моя печаль превратилась в злость.
- Я не делала этого, чтобы привлечь твое внимание, Алекс. Я не полоумная голодранка или шлюха, искавшая ближайшую камеру с кабельного. Я хотела сходить куда-нибудь и забыть обо всем, почувствовать себя молодой и не думать ни о чем.
- Что ж, ты определенно не думала. Завтра, когда я начну выступать, это не будет иметь никакого значения. После эпизода со Стеллой это последнее с чем мне хочется разбираться. Журналисты только и ищут, как бы подорвать мой авторитет, Прюденс.