Они оба замолчали, думая о своем, но на самом деле об одном и том же. Ника никак не думала, что в Новый год Кирилл захочет остаться один, ведь наверняка он нарасхват у своих друзей и многочисленных пассий. Кир же просто жалел Веронику. Он никак не мог понять, откуда в такой молодой девушке столько яда, которым она отпугивает всех на свете, что даже тридцать первого декабря осталась одна.
— Начнем с вина, а продолжим виски или каждый свое? — поинтересовался Кирилл, и Ника протянула ему свою бутылку.
— Откроешь — я поделюсь. Все равно мне это не на один раз.
— Давай сюда, — Кирилл взял у девушки бутылку и стал проталкивать пробку ручкой, которую нашел в рюкзаке.
— Почему ты в этот новый год один? — впервые за весь вечер совершенно серьезно спросила Ника.
— Не с кем праздновать, — ответил Кир и сделал глоток вина.
— Да ладно, в жизни не поверю, — усмехнулась Ника, отбирая свою бутылку и отпивая вино, — неужели не приглашали?
— Приглашали, но я не пошел. От шумных вечеринок устал, а по-семейному не с кем. Родители с друзьями поехали на дачу, у брата своя семья. А ты чего одна?
— Для меня это в норме. Я не считаю новый год чем-то особенным, такой же день, как и все, — отмахнулась Ника и стала залпом пить мерло.
— Стой-стой, ты так напьешься раньше времени, а закуски тут нет, — вырвал у нее из рук бутылку Кир, — знаешь, Ник, я не удивлен, что ты не любишь новый год.
— Вот как? Почему?
— Потому что не умеешь видеть хорошее, не умеешь радоваться, быть легкой!
Слова Кирилла были слишком правдивы, чтобы не придать им значения. На секунду Вероника задумалась, но потом снова убедившись в своей правоте относительно дурного Кирилла, хмыкнула и отвернулась.
— Обиделась? — виновато поинтересовался Кир.
— Вот еще. На дураков не обижаются, — язвительно сказала она и попыталась вырвать у парня бутылку, но тот успел увернуться.
— Ника, хватит! Я не хотел тебя обижать, просто впервые встречаю девушку, которая не любит новый год.
— В новый год отец бросил нас с мамой, — отвернувшись от парня, проговорила Вероника, — кризис среднего возраста. Ушел к молоденькой. Мать впала в депрессию, под бой курантов я накачивала ее успокоительными, пока папаша резвился с малолеткой, которая потом оставила его ни с чем. С тех пор как-то не люблю этот праздник.
— А где сейчас твоя мать? Ты оставила ее одну на новый год?
— Хорошего же ты обо мне мнения, хотя неудивительно, — грустно улыбнулась Вероника, — она с отцом. Этот кобель вернулся, когда его обобрали до нитки. Он подарил своей девице машину, оплачивал поездки, а как только пошли проблемы на работе, она его бросила. Но знаешь, что самое обидное? Пока он был с ней, мы с мамой для него словно не существовали. Отец даже не поздравил меня с Днем рождения. И после всего этого матушка встретила его с распростертыми объятьями. Только я вот не простила ни его за предательство, ни ее за слабохарактерность.
— Тогда понятно, почему ты стала Скруджем, — вздохнул Кир и протянул Нике вино.
— Кем?
— Эбенезер Скрудж — главный персонаж повести Диккенса. Когда-то он был добродушным человеком, но потом открыл Кредитную Контору, превратился в алчного эгоиста и потерял невесту. Он стар и одинок, единственный его родственник — племянник. Скрудж презирал бедных, искренне не понимая, как они без денег способны на какое-либо счастье, и ненавидел Рождество. За день до Рождества к Скруджу прибывает дух его старого компаньона, предупреждая, что после смерти старик будет обречен на вечные муки и скитания, если не изменит отношение к деньгам и окружающим его людям. Для «перевоспитания» Эбенезера каждую следующую ночь его посещают три рождественских духа: прошлого, настоящего и будущего. К концу истории Скрудж меняется и решает раздавать свои деньги нуждающимся.
— Я не жадная, — пробубнила Ника и отвернулась от Кирилла.
— И это все, что ты вынесла из истории? Ты также ненавидишь новый год, но это не делает тебя счастливой. Тебе нужно научиться радоваться жизни!
— Решил промыть мне мозги? Может быть, и духов прошлого, настоящего и будущего приведешь? — горько усмехнулась Вероника.
— Я сам справлюсь с этой задачей, — прошептал Кирилл, пододвигаясь к Нике и забираясь рукой под ее расстегнутое пальто.
— Станешь рождественским духом? — тихо спросила Ника, не в силах противостоять натиску мужчины, которого так сильно желала, но не признавалась в этом.
— Почему бы и нет? Прошлое у нас было, — проговорил Кир, целуя Веронику в шею, — настоящее у нас сейчас…
— Но будущего нет, — не удержалась от колкости девушка.
— Если позволишь, будет…