- Лиля… ты снова начинаешь? – уже громче и более нервно шипит Евгений.
- А так я и не заканчивала. Просто не хочется из-за ерунды потом связанной спать.
Я краем глаза видела, как сжались его пальцы в кулаки, а его дыхание, сменилось на прерывистое и горячее.
Ох, и снова разбудила ты, Лиля, в зайце дракона! Ну что сделать… если я такая.
- Тогда можешь вот тут спать. На стуле, - рявкнул Женя и, оттолкнувшись от меня как от прокажённой, ушёл с кухни.
Судя по звукам на второй этаж.
Обидно. Шмыгнула носом, но ничего не поделаешь, сама виновата. Хоть я к нему в гости не напрашивалась. Сам привез.
Папа говорит, что у меня нет чувства такта. Вот никогда не понимала, зачем я должна гнуть себя под чьё-то мнение?! Кому не нравится, то дверь на выход всегда открыта.
Подтянула колени и, обняв их, уложила свою неспокойную голову поверх. Чтобы во сне не грохнуться, прислонилась боком к прохладной стене. Вспомнила было про широкий подоконник, но идти было лень, да и от чувства обиды решила остаться на указанном мне месте.
Я ещё при случае припомню этому Ушастику мои неудобства и его гостеприимство.
Как ни странно, но сон взял надо мной верх буквально за пару минут.
Я отключилась, как компьютер без электричества, и проснулась от чувства, что падаю.
Резко открываю глаза, ожидая боль от удара об пол, но ничего не следует. Мне мягко и вокруг темно. Ничего не понимая, пытаюсь сесть, но меня тут же укладывает обратно на спину чья-та рука.
- Лиль, спи дальше.
Вроде бы, голос Шкафовича, но слишком мягкий. Поворачиваю голову на источник звука и вижу неясные очертания его лица. Точно Женя.
- Почему так темно? – уже расслабляясь, спрашиваю, что никак не могу понять.
- Ночь.
Я закрываю глаза, но его ответ меня не устраивает.
- Даже ночью кошки серые, а тут совсем темно.
- Я не люблю спать при свете.
- Спи при Наташе, - автоматически выдаю ответ, но, получив нормальное объяснение этой кромешной тьме, я снова начинаю засыпать.
- Я думал, тебя Лилия зовут.
Едва усмехаюсь, но мне нравится, когда Зайчиков отключает режим «радиомолчания» и в нём просыпается юмор.
- Ага. Смешно.
- Ладно уже. Спи, а то верну обратно на стул.
Сплю, так как на стул теперь совсем не хочется. Кровать очень удобная, и меня даже близкое присутствие мужчины не смущает.
- Зря ты пугал. В такой темноте я даже собственного носа не найду.
- Вот и хорошо. Спи, - добродушно отозвался Евгений.
- Я бы и сама в него не полезла. Не люблю оружие, оно убивает, - признаюсь ему я, расслабленная добродушным настроем Шкафовича.
- А зачем в руки тогда взяла?
- Необычный пистолет. Старинный и очень красивый. Я решила, что вряд ли такой может быть заряжен и наверняка уже давно не стреляет.
Женя вздохнул.
- Заряжен, вполне боевой экземпляр. Семейная реликвия.
Семейная … действительно, у него тоже ведь где-то есть семья. Я, глядя на него, как-то об этом не задумывалась. Весь его общий вид говорил об одиночестве.
- А где твоя семья? Родители, братья, сёстры?
- Далеко.
- Жена? Дети?
В этот раз вздох мужчины был громким и явно более нервным.
- Лиль, спи уже. Я не женат и бездетен. Успокойся.
- То есть ты свободен? – зачем-то уточнила я, будто бы мне нужно это знать.
Матрас прогнулся, и я почувствовала мужские руки у себя на талии.
- Я понёс тебя на стул?
Изобразила лёгкий храп и глаза зажмурила.
- Умница, Карапуз. Вот так и спи.
Когда его руки стали меня отпускать, то я перехватила одну из ладоней.
- Ты будешь рядом? – прозвучало так фривольно, что тут же добавила. – Ну вдруг мне в туалет приспичит, а тут так темно.
- Рядом. Разбудишь. Отведу. Спи, - и последнее Женя, кажется, уже прорычал.
Отпустила его ладонь. Рядом. Значит, найду.
Глава 8
Лиля