Поза расположения наших тел мне очень благоволила, так что оставила страстный поцелуй в мускулистое бедро, едва сдерживая желание вонзить в него и зубы. Мужчина довольно здорово кричит фальцетом после моих чрезмерных чувств.
- Лиля! - истерический вопль, и меня буквально скинули с себя.
Я едва успела сгруппироваться и аккуратно спрыгнуть с массажной кушетки.
- Карапуз, ты щас ещё раз по пятой точке огребешь! – угрожает Шкафович, но я знаю, что ему понравилось, так как доказательства его неровного ко мне расположения, так сказать, налицо.
Евгений перехватывает мой взгляд на его половые органы и, смачно матерясь, широким шагом несётся к своей одежде.
- Что, Евгений Владимирович, уже уходите? Надеюсь, вам не понравился массаж? Так что попрошу больше ко мне не записываться.
- Ага, Ларченко. Обломишься! Я на три раза в день запишусь! – зловеще обещает мужчина, спешно натягивая джинсы.
- Это не выйдет. Не положено. Замочком не прищеми, а то больно будет, - советую в момент, когда Женя пытается застегнуть ширинку на увеличенном достоинстве.
Воздействие его убийственного взгляда я чувствую на расстоянии, так что на всякий случай шагнула в сторону за спинку стула. Хоть будет чем обороняться.
- Лиль, ты вообще соображаешь, что творишь? – неожиданно серьезно спрашивает мой телохранитель.
Нет. Со мной такое впервые, но ему об этом знать необязательно.
- Естественно, Женечка! А ты понимаешь?
- Я твоих детских шалостей вообще не понимаю.
- Не понимаешь, но нравятся, - подвожу итог, намекая на всё тот же орган, который против закона природы никак не желает уменьшаться и облегчить жизнь своему хозяину.
- Лиля, это ребячество, особенно когда я рассказываю о всей серьёзности нашей ситуации.
- Ну мне ребячество по возрасту положено. Как подрасту до ваших взрослых игр, дядя Женя, то письмо напишу и сообщу.
- Карапуз, завязывай дерзить! – меняя свой менторский тон, что меня уже начал утомлять, на обычный, недовольный Зайчиков, полностью уже одетый, шагает в мою сторону.
Я крепче хватаюсь за спинку стула.
- А ты завязывай руки распускать! Больше меня бить не дам!
Женя останавливается в шаге от моей оборонной стены.
- Хочешь сказать, что вот это, – кивок в сторону стула. – Меня, обученного бойца, остановит? Вот реально?!
Хотя его голос звучит самодовольно и нагло, но я знаю, что он прав. Зайчик наш своими лапками людям конечности ломает, как будто они комарики.
- Нет. А ты хочешь сказать, что дойдёт до того, что мне придётся им воспользоваться?
Один-один.
Шкаф Шкафович нервно дёргает головой и, окидывая меня с ног до головы, предупреждающим взглядом разворачивается и направляется на выход.
- Спасибо за массаж, Лилия Владимировна, - открывая двери, громко говорит мужчина. – Завтра в это же время. До свидания.
И едва я хочу послать его, как вижу через открытую нараспашку дверь моего следующего клиента. Женщина рассматривает Женю очень внимательно, что едва замечает окружающий мир. Удивительно, что у неё слюни на пол при этом не капали.
Зайчиков ушёл, а крайне воодушевлённая дама опомнилась и подорвалась в мой кабинет.
- Ой, такой… крупный мужчина. Вы, наверное, устали?
Уверена, что женщина ничего пошлого не имела в виду, но вот почему-то мне именно в развратном ключе слышался её вопрос.
- Нет. И посложнее экземпляры попадались.
Моя клиентка качает удивлённо головой, но начинает готовиться к процедуре.
Я же всё думаю о последних словах Шкафовича – как мне быть, если он завтра действительно притащит свою сексуальную задницу ко мне на массаж?!
У нас сегодня-то сеанс вышел крайне … горячительный! А завтра?!
Женя
Пока шёл до нашей секретной «базы», пытался успокоиться и не вспоминать, что только что произошло в кабинете. Эта Лиля и мертвого с ума сведёт! Хотя и сам хорош!
Чувствую, что снова завожусь, поэтому поставил крест на этом мысленном потоке, возвращаясь к тому, какая сука так славно сдаёт мои ходы недругу.