Мысли мои прервал звук открываемой двери, в камеру привели еще одну заключенную. И у меня от чего-то при виде ее капелька ледяного пота скатилась по спине.
Глава 5. Соседки.
Женщина лет пятидесяти, золотой зуб сверкает впереди, когда она улыбается. Хотя я бы скорее назвала это оскалом. Такая глазом не моргнет перегрызет горло.
Я вжимаюсь в стену, когда она проходит мимо и запрыгивает на верхнюю полку. Молча, не сказав ни единого слова, но ее взгляд, красноречивее всяких приветствий. Как же мне страшно. Кажется, что все тело вместе с зубами отбивает чечетку. я попала в такую клетку, к таким хищникам, что такой мыши, как мне здесь вряд ли удастся выжить.
Я ложусь и прикрываясь одеялом, никак не получается согреться и успокоиться. Возможно нужно умыться перед сном, но моя апатия берет верх. В какой-то момент я проваливаюсь в сон и вижу напротив себя, сидящего на стуле Алексея. Он все такой же холеный, в дорогом костюме, играет часами на запястье. А потом поднимает на меня глаза. В них столько боли и тоски, что кажется он сейчас завоет от безысходности. Словно раненый зверь. Я ощупываю его взглядом, но не нахожу физических повреждений, значит рана у него в душе. Тяну к нему руку, но он качает головой и лишь отстраняется дальше.
Резко распахиваю глаза и не сразу понимаю где я. Через несколько секунд осознание приходит вместе с разочарованием и горечью. Спасти меня некому. Алексей, так же, как и Борис остались в прошлом. Я в камере, и никто не поможет. Кажется, я даже сквозь сетку и матрас верхнего яруса чувствую на себе взгляд незнакомки, она как волчица наблюдает за мной. Но зачем ей это нужно?
Усталость наваливается с новой силой, но напряжение все не отпускает. Где-то капает вода и в ноздри почему-то забивается запах сырости, а еще сырой могильной земли. Я стараюсь не дышать носом, но словно все вокруг пропиталось этим смрадом. Откуда он только взялся?
Еще эта капающая вода, словно в пытках. Кажется, что она капает точно в центр моего лба и скоро проделает там дыру. В затуманенный полусонный мозг лезут картины одна страшнее другой. Кажется, что в каждом углу камеры сидит по чудовищу и хочется накрыться одеялом с головой, что я и делаю, но это не помогает. Кажется, я слышу теперь еще и шепот. Такой старческий, но какие там слова я не могу разобрать. А потом по камере разносится стон, лишь спустя несколько мгновений я понимаю, что это с кровати, напротив. Удар по чему-то металлическому и ворчание:
— Заткнись, спать мешаешь, — быстро приводят в чувство спящую.
мне становится немного легче, что вот здесь через несколько метров живые люди. И они не так страшны, как соседка сверху. немного успокоившись я вновь проваливаюсь в сон.
Всю ночь меня преследуют сны, непонятные и я почти не помню картинки, зато отчетливо помню ощущения, которые они приносят, и даже проснувшись я все еще ощущаю их отголоски, словно все это было наяву. Сердце колотится, и я ощущаю себя настолько уязвимой, что почти не нахожу сил оторваться от подушки и вылезти из-под одеяла.
Я вспоминаю о беременности, о том, что я не имею права быть слабой и уязвимой. Решительно откидываю одеяло и встаю. Сокамерницы уже проснулись и нехотя занимают очередь у умывальника, я последняя, но и торопиться мне теперь некуда.
Задумавшись рассматриваю обшарпанные стены, а потом перевожу взгляд на свои ногти, обломанные и неровные, словно я землю ими рыла. Неожиданно чувствую на себе взгляд. Вскидываю голову, женщина, что привели вчера. Смотрит она совсем нехорошо, даже не изучающе, а так словно шлет мне проклятия. Кажется, таким взглядом можно и убить. Непроизвольно обнимаю себя. Хочется сжаться еще сильнее и исчезнуть.
Все это происходит в полном молчании, но когда нас выводят из камеры, та девушка, что моложе шепчет мне на ухо:
— Держись от нее подальше, ее за тобой прислали.
Я ничего не понимаю, но молча слегка киваю головой, теперь мне еще страшнее.
Завтрак такой же отвратительный, как и ужин, в столовой в нос забивается вонь протухшей капусты и чего-то еще более неприятного. Быстро съев кусок хлеба и запив его чаем, мы вновь строимся и нас ведут на работы.
Швейная мастерская, здесь все не так страшно, как могло бы быть. За работой я даже забываю о том, где я и просто делаю свою часть. Молоденькая соседка больше не подходит ко мне, но иногда бросает взгляды. Хотя и украдкой.