Он наклонился и поцеловал меня, а затем отстранился.
— Я хочу тебя до чёртиков, но сегодня — не тот вечер.
Я кивнула, стараясь разрядить обстановку.
— Я в порядке.
— Ты не в порядке. И этого сегодня было слишком много. Но я никуда не денусь, так что у нас есть время, ладно? И если тебе нужно плакать, я хочу, чтобы ты плакала. Я не думаю, что ты проявляешь нелояльность ко мне, расстраиваясь из-за того, что твоя семья может быть не такой, какой ты её представляла. Это больно. Я знаю, что ты чувствуешь вину за то, что произошло со мной, но со мной всё в порядке, Деми. С Ривером всё в порядке. Сейчас болит у тебя, и я хочу, чтобы ты это пережила, а не держала всё в себе. Иначе это тебя сожрёт изнутри.
Ком в горле был настолько большим, что мне было тяжело дышать. И я просто выплеснула всё наружу. Я лежала в его объятиях, пока моё тело сотрясалось от рыданий.
Я плакала и всхлипывала.
И отпустила.
Грусть от того, что мой отец — не тот, кем я его считала.
Факт, что проблемы моего брата начались задолго до того, как я об этом узнала.
Правда о том, что, независимо от того, кто и что знал в нашем доме, мы все жили во лжи. И я больше не собиралась так жить.
Когда моё дыхание успокоилось, он продолжал водить рукой по моим волосам и держать меня так близко, как мне было нужно.
Я слушала звук его сердца, и это меня успокаивало.
— Ты в порядке? — прошептал он.
— Я буду в порядке.
— Я в этом ни секунды не сомневаюсь.
Я прижалась к нему ещё сильнее, пытаясь отогнать мысли о юном Ромео, который жил вдали от своей семьи, напуганный и обиженный. Я не могла быть достаточно близко к нему.
В одном я была уверена на все сто: я сделаю всё, чтобы Ромео и Ривер получили от моей семьи извинения. Даже если это будет последним, что я сделаю.
. . .
Глава 15
Ромео
Ромео:
Рассказал Деми о её семье. Она знает всё.
Ривер:
Как она отреагировала?
Ромео:
Как и можно ожидать от человека, которого долгое время обманывали. Она была опустошена. В шоке. Но она мне поверила. Не подумала, что я лгу.
Кингстон:
Я же говорил. Она классная. И, кажется, мы уже давно решили, что не судим людей по их семьям, так ведь? Надо было сразу её в это правило включить.
Нэш:
Это было глубоко, Кинг. Ты, наверное, вчера переспал с кем-то. Рад, что ты ей всё рассказал, Ромео. Приятно видеть, что твоя мрачная задница наконец-то счастлива.
Хэйз:
И что теперь? Она собирается с ними поговорить?
Ромео:
Хочет. Я её не виню. Я бы тоже хотел узнать, кто что знал и насколько они были вовлечены.
Кингстон:
Согласен. Думаешь, её отец на тебя накинется?
Ривер:
Да пусть попробует. Нас больше не запугать. Мы все уже взрослые.
Ромео:
Вот именно. Кстати, она рассказала кое-что. Сын друзей семьи её родителей несколько месяцев назад пытался её… Он пытался заставить её сделать то, чего она не хотела. Она сражалась, как могла, и он сбежал. Её отец утверждает, что подал заявление на ограничительный приказ, но я не верю. Думаю, он не исчезнет просто так. Ривер, можешь проверить, есть ли в базе этот приказ?
Ривер:
Конечно. Как его зовут?
Ромео:
Ронни Уотерстоун.
Хэйз:
Тот самый Ронни, внук сенатора из Калифорнии?
Нэш:
Его отец, Патрик, разве не партнёр по бизнесу её отца?
Ромео:
Да, всё так.
Кингстон:
Чувствую, Джек Кроуфорд не подавал никаких заявлений от имени своей дочери.
Ривер:
Я разберусь и дам знать, что найду.
Ромео:
Спасибо. Мне нужно пойти пробежаться. Поговорим позже.
Хэйз:
Горжусь тобой, брат.
Кингстон:
Ты тренируешься на улице, изнуряешь себя до рвоты, а этот придурок Лео вечно постит, как он тренируется в шикарном зале с толпой женщин, которые слоняются туда-сюда. Он просто клоун.
Ривер:
А ты зачем вообще подписан на него в соцсетях?
Кингстон:
Тебе что, не говорили, что врагов надо держать ближе?
Нэш:
Это поэтому ты вчера пошёл домой с Шаной Ричардс? Я думал, ты её ненавидишь…
Кингстон:
Слушай, сплетник… Шана и я — друзья. Я за прощение.
Ривер:
Ты опять с ней спишь? Разве она не брила тебе брови, пока ты спал?