— Ну, значит, у нас есть что-то общее, — сказал Ромео, проводя рукой по затылку. — —Она стоит того, чтобы бороться, Слэйд.
Он кивнул, а я едва видела сквозь слёзы, которые без остановки текли по моему лицу.
Мой отец знал всю правду всё это время, знал, как Слейд страдал от этой тайны. Слейд рассказывал, что много раз обращался к нему за эти годы, пытаясь справиться с чувством вины, а отец велел ему держать рот на замке.
Но секреты всегда находят способ выйти наружу.
— Спасибо, что выслушал меня. Я очень благодарен. Я хотел, чтобы ты знал, что следил за всем этим с Лео и твоим боем. И я действительно надеюсь, что ты хорошенько надаёшь ему по заднице.
Все рассмеялись, а Ромео, улыбнувшись, провёл большим пальцем по моим щекам, стирая слёзы.
— Спасибо. Шансы не на моей стороне, но я сделаю всё, что в моих силах. Раунд за раундом, и надеюсь, уйду из этого боя живым.
— Думаю, ты ещё сам себя удивишь, — сказал Слейд, — судя по тому, что Деми мне рассказывала о твоих тренировках. А насчёт Ронни… просто помни, что он скользкий тип. Он много раз угрожал мне за эти годы, чтобы я молчал. У него вообще нет ни капли раскаяния за свои поступки. Этот испорченный, избалованный ублюдок привык использовать свою фамилию, чтобы вылезать из любой грязи, в которую он вляпывается. — Слейд поднял руки. — Поверь, про меня, наверное, тоже такое говорили. Но могу тебя заверить, тот день девять лет назад преследует меня до сих пор. Не было ни одного дня, чтобы я о нём не думал с тех пор, как осознал, что произошло.
— Ладно. Ну что ж, посмотрим, что ты сделаешь теперь, — сказал Ромео, подняв бровь.
— Справедливо. Спасибо, что выслушал, — ответил мой брат, его глаза встретились с моими, и я вдруг увидела проблеск того мальчишки, которого знала всю жизнь. Брата, которым восхищалась и которого любила. Он всё ещё был там.
— Спасибо, — сказала я, сжимая руку Ромео. — Мы пойдём.
Доктор Шварц поблагодарила Ромео, как и мой брат, а мы вышли на улицу. Мы не сказали ни слова, пока он обходил машину, чтобы открыть мне дверь. Но я так и не села в неё. Вместо этого я бросилась к нему, обняла его за шею и разрыдалась.
Я окончательно не выдержала.
— Спасибо, что ты здесь. Спасибо, что пошёл туда. Спасибо за твою поддержку. Никто никогда не поддерживал меня так, как ты. Ты просто пошёл туда, не зная, что тебя ждёт, только потому, что я попросила.
Он держал меня в своих объятиях долго, прежде чем слегка отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Я всегда буду рядом. Я люблю тебя.
— И я всегда буду рядом с тобой. Я люблю тебя, — сказала я, садясь в машину и пристёгивая ремень безопасности. Он сел за руль, завёл двигатель, и мы тронулись с места.
Теперь я поняла смысл татуировки на плече Ромео. Той, что есть у всех его друзей.
Живи или Умри.
Потому что, может, она и не набита на моей руке, но она выгравирована в моём сердце.
------------------------------
Мы вернулись домой в Магнолия Фоллс, и вся поездка пролетела, как в тумане — слишком быстрое путешествие. Я с нетерпением ждала встречи с сестрой Ромео, которая приехала домой из школы, чтобы навестить свою семью.
— Тебе тяжело смотреть, как он так над собой работает? — спросила Тиа, когда мы зашли в соседнее здание, где располагалась моя кофейня. У меня была дверь, которая соединяла её с пустым помещением, где Ромео сейчас тренировался с Джоуи и Бутчем.
Ривер и Хейс были там, подбадривая его, и я видела, как тяжело Тиа наблюдать за этим. Ромео работал на износ. У него были связаны руки, пока он принимал удары по корпусу снова и снова. Бесконечные упражнения: отжимания на одной руке с грузом на спине, подъёмы корпуса с ударами в живот каждый раз, когда он поднимался. Он прыгал через скакалку быстрее, чем я когда-либо видела, проводил часы с грушей, в тренажёрном зале, на спаррингах. И это не считая того, что каждое утро он начинал с пробежки на ранчо моих бабушки и дедушки, где я ехала рядом на Тикапе и задавала ему темп. Этот человек был машиной. Он тренировался весь день. Даже между тренировками находил возможность двигаться и работать с весами.
— Я так горжусь им, потому что никогда не видела, чтобы кто-то работал так усердно, понимаешь? — сказала я, делая нам с Тиа горячий чай и ставя чашку перед ней. — Но да, иногда это тяжело смотреть.
— Они бьют его в живот, пока у него связаны руки, — сказала Тиа, её глаза налились слезами.
— Джоуи отличный тренер, Тиа. Он готовит Ромео к бою самым лучшим образом. Когда он не может использовать обе руки, это заставляет его двигаться, уходить от ударов, принимать их. Джоуи должен быть уверен, что он справится, когда выйдет на ринг. Твой брат долго не дрался, и теперь он впервые выходит против парня, который недавно владел титулом. Он должен быть готов, иначе он пострадает. И Ромео это понимает.