А-а-а, блядь! Кончить можно от одного ее взгляда.
— Я в курсе, — глубоко дышу и приближаюсь, а она по инерции отступает, пока не упирается в стену.
Попалась. Бежать некуда.
— С ума сошел? — возмущенно шепчет и упирает ладони мне в грудь. — Мы на работе.
— Секретаря нет. Никого кроме нас…
— Ну и что? — инстинктивно облизывает губы, а я перевожу на них взгляд и ощущаю, что это конец.
Тормоза с искрами разлетаются в разные стороны. Не обращая внимания на протесты, впиваюсь в эти сладкие манящие губы и только сейчас понимаю, что всю неделю и не жил толком, а ждал этого гребаного момента.
Врываюсь в ее рот языком и жадно исследую его полость, едва не захлебываясь восторгом. Эмма сдается сразу, даже не думая сопротивляться. Словно тоже ждала, а я идиот медлил. Отвечает с тихим стоном и обнимает меня за шею. Целует в ответ и прижимается теснее, поощряя на продолжение.
Прохожусь ладонями по соблазнительным изгибам, задираю ее юбку до талии и усаживаю Эмму на стол. Торопливо скольжу по бедру и чувствую пальцами резное кружево. Стон срывается с моих губ, а по позвоночнику прокатывает волна кипятка. Отстраняюсь, чтобы убедиться. Чулки! Мать твою, это так охрененно и сексуально. Только блузка мешает. Тянусь к пуговицам, но Эмма останавливает меня, накрывая руки своими.
— Подожди, — хрипло шепчет, а сама в нетерпении кусает губы.
— Не могу, — упираюсь лбом в ее лоб и продолжаю операцию по спасению шикарной двоечки из плена кружева.
— Игорь, не здесь, пожалуйста, — Эмма берет мое лицо в ладони и вынуждает смотреть в глаза.
— А где? — тону в ее глазах. В них столько огня и неисполненных обещаний, что меня штормит.
— Поехали ко мне, — шепчет, касаясь губами моих. — В мою квартиру.
Опускаю взгляд на потяжелевшую грудь в черном кружеве и нервно сглатываю. Нахрен ждать. Это безумие уже не остановить. Стягиваю с себя футболку и приближаюсь к Эмме.
— Поедем, но позже, — скидываю блузку с ее плеч и жадно припадаю к упругим полушариям.
— Игорь, — жалобно умоляет Эмма
Бля-я-я, кончу сейчас. Только от одной близости. Рычу ри бессилия и впиваюсь в шею зубами, ощущая, как мурашки разбегаются по нежной коже. Зализываю чувствительное местечко языком и поднимаюсь к уху.
— Моя Королева, я так тебя хочу, — шепчу с отчаянием. — Позволь…
— Да, — выдыхает Эмма и подается вперед, скользя острыми сосками по моей обнаженной груди. Чистый секс и ничего лишнего. Она отдается моей власти, а я тону в бескрайнем море эйфории.
С глухим стоном снимаю лифчик и откидываю его в сторону, туда же летят ненужные трусики. Эмма остается в одних чулках, туфлях и полностью моя. Припадаю к упругим полушариям губами и втягиваю в рот сосок. Играю языком и несильно прикусываю зубами.
Эмма стонет и сжимает мои плечи пальцами. Восторг обладания желанной женщиной кружит голову похлеще любого алкоголя. Отстраняюсь и смотрю на нее. Развратную и пошлую на столе в офисе. Розовая плоть блестит от влаги и ждет только меня. Это пиздец как сексуально и будоражит самые смелые желания.
Развожу бедра Эммы шире и склоняюсь к промежности. Нежно целую гладкий лобок и под протяжный стон припадаю к влажным складочкам. Жадно ласкаю языком и губами, пока Эмма не начинает выгибаться от наслаждения. Она на грани, но я не даю ей кончить и отстраняюсь. Хочу видеть ее оргазм.
Тяну за бедра к себе и врываюсь в разгоряченную плоть на всю длину, срывая протяжный стон. Эмма тяжело дышит и кусает губы, а я плавно двигаюсь в ней. Неожиданно тесно, как у девочки, но я растягиваю под себя. Ласкаю грудь и трахаю ее рот пальцами. Тараню ее тело, с каждой секундой все жестче и быстрее.
Эмма кончает, выдыхая мое имя в момент кульминации. Жадно сжираю ее эмоции и кончаю следом. Накрывает так, как никогда. Даже отключает на несколько мгновений. Крышу сносит окончательно и бесповоротно. Врезаюсь в последний раз в пульсирующее лоно и замираю обессиленно.
Ложусь щекой на грудь Эммы и перевожу дыхание.
— Королева моя, — шепчу заплетающимся от переполняющих эмоций языком. — Ты такая охрененная…
Глава 11 Эмма*
— Проходи, — пропускаю Игоря вперед и закрываю за нами дверь.
На ощупь нахожу кнопку и включаю свет.
— Это твоя квартира? — Воронцов небрежно осматривается и помогает мне снять плащ.
— Нет не моя, — загадочно усмехаюсь и скидываю туфли.
— А чья?
— Моцарта.
— А Моцарт — это.?
— Он, — киваю в сторону. Туда, где лениво тянется белоснежный мейн-кун.
— Какой красавец, — восторженно выдыхает Игорь и присаживается на корточки. — Кис-кис-кис.
Моцарт лишь бросает на него презрительный взгляд и демонстративно уходит в противоположную сторону. Да уж, характер у Моцарта дай бог каждому.