Сейчас у нас были очень странные отношения. В них было во много раз больше душевного тепла, романтики и нежности, но в них совершенно не было близости иного рода. У нас вообще не было секса. Ни разу с момента, как мы решили попробовать снова. Сначала я мало обращала на это внимание, но вскоре стала замечать, как только дело шло к постели, Марк отстранялся и сворачивал тему. Чем больше проходило времени, тем страннее мне это казалось. Я просто не понимала парня. Раньше он наоборот набрасывался на меня чуть ли не при первой возможности, сейчас же вёл себя, как монах, блюдущий целибат. Было время, я подозревала, что он развлекается на стороне, но Марк и Вика с Алексеем, убедили меня в обратном. Не может сразу трое человек врать с такой искренностью во взгляде.
Вот сейчас опять. Мы целовались. Долго. Чувственно. Кровь начинала кипеть в венах, я буквально горела, когда Марк снова отстранился.
— Пойду возьму пива. Будешь? — и не дожидаясь моего ответа, вышел из комнаты.
Я же сидела возбуждённая, и буквально оглушённая его поведением. В очередной раз, он распалил меня и бросил. Да что с ним? Бзик что ли какой?
— Марк, что происходит? — нервно спросила я, заходя на кухню, где сидел и курил парень.
— О чём ты, малыш? — ну посмотрите на него! Сама невинная наивность!
— Почему ты останавливаешься каждый раз, когда дело доходит до интима? — неудовлетворённое желание делало меня весьма раздражительной.
— Может я решил, что до свадьбы ни-ни, — попытался он отшутится.
— Преображенский, ты сам-то себя слышал? Не смешно! В чём дело? Ты не хочешь меня или что? — допытывалась я.
Марк затушил сигарету, откинулся к стене и прикрыл глаза. Он молчал и это молчание было мучительным.
— Дело не в тебе, Алин, — наконец отозвался парень, — я просто не могу.
— Чего не можешь? — я искренне не понимала, о чём он.
— Сексом заниматься не могу. Я пытался с самыми разными девушками, но всё бестолку. Это ещё до тебя было, — поспешно вставил Марк, поймав мой шокированно-возмущённый взгляд. — Чтобы ни делал я или девушки, у меня не встаёт. Я — импотент! Поняла? Вот что происходит!
Последние слова он прокричал, выдавая степень своих переживаний. А я просто открывала и закрывала рот, лишившись дара речи. В подобное мне не верилось. Всё моё существо, противилось такой истине. Марк Преображенский и импотент?! Тот самый Марк, который часами не выпускал меня из постели? Он серьёзно?
— Ты шутишь? — прошептала я неверяще.
— Если бы, — выдохнул он горько и обхватив голову руками, уткнулся лицом в стол. — Бля, я больше не мужик, малыш. Как бы я не хотел, не могу с тобой переспать, просто не способен на это. Если ты захочешь уйти, я пойму. Правда.
Марк отвернулся и уставился в окно. Его лицо напоминало застывшую маску. Как бы он не пытался казаться безразличным, я буквально кожей ощущала, как он напряжен. Может, я слишком много на себя беру, но мне почудился страх в глубине любимых глаз. Он боялся быть брошенным, отвергнутым. Сейчас Марк был уязвим, как никогда. Как же ему наверное сейчас не просто!
— Я с тобой, — как можно увереннее произнесла я, сжимая его руку. — Уверена, всё можно исправить. Мы что-нибудь придумаем.
Он посмотрел на меня с благодарностью и облегчением. Мне даже показалось, любяще.
— Спасибо, — единственное слово сорвалось с губ парня.
========== Глава 21. ==========
Марк.
Один из самых страшных и унизительных моментов моей жизни наступил, Алина задала это роковое «почему?». Огромное количество раз мне удавалось уйти от темы, остановиться раньше, чем ласки перейдут в горизонтальную плоскость. Но я был не настолько наивен, чтобы не понимать, что рано или поздно малышка спросит, почему раз за разом я отказываю ей в сексе. И вот этот момент настал, она спросила об этом прямо в лоб. Я же сидел и понимал, что наверное мне было бы легче сознаться в подобном перед толпой приятелей, чем перед ней. Это кошмар — признаваться любимой девушке в собственной мужской несостоятельности. Годами я менял любовниц, не запоминая ни лиц, не имён, бездарно растрачивая себя на дешевых блядей. И, когда, наконец, нашёл свою единственную, оказался ни на что не способен. Я с ужасом ждал её приговора, совершенно искренне сказав, что приму любое её решение. На её месте, будь я бабой, послал бы такого мужика, не раздумывая. Если в вопросах наслаждения ещё всё можно как-то обыграть: есть множество способов довести женщину до оргазма; то как быть с пресловутым продолжением рода? Женщины так устроены, рано или поздно они начинают хотеть детей. Я же в этом плане теперь совершенно безнадёжен. Вот сейчас она скажет, что нам лучше разойтись, и мне останется только тихо подыхать в своём углу от отчаяния и одиночества. Но Алина в очередной раз поразила меня своим благородством. Она не отвернулась, а решила бороться. За меня, ради меня. В очередной раз заставляя меня задуматься, что я её просто не заслуживаю. Она достойна лучшего. Только я слишком эгоистичен, чтобы отказаться от неё.
В начале она пыталась соблазнить меня. Заставляя деревенеть от страха провала. Признаваться в подобном ужасно стыдно, но демонстрировать подобное… Нет, я просто не переживу такого позора.
Тогда девушка настояла на том, что я просто обязан обследоваться у специалиста. Она, конечно, права: с проблемой надо бороться, но, блядь, это… это… это даже не стыдно, хуже. Учитывая мой возраст, такие проблемы. Но всё же ей удалось загнать меня на приём к специалисту занимающемуся мужским здоровьем. Не самая приятная процедура сбора анализов и обследование при помощи различных аппаратов, и меня отправили домой на три дня. В принципе, я был уверен: причина моих проблем в другом, но Алина так настаивала на этом обследовании. Да и не помешает лишний раз убедиться, что я не подцепил каким-то чудом какую-нибудь дрянь. Я всегда предохранялся, но всё же…
— Марк, моё мнение, вы зря сюда пришли, — произнёс Игорь Иванович, как только я вернулся в клинику через три дня. Впрочем, я ожидал подобного. — Причина ваших проблем никак не связана со здоровьем. Физически вы совершенно здоровы. Думаю, вам нужна помощь психолога или сексолога, но точно не моя.
Ну уж нет, не позволю я чужому человеку копаться у меня в голове. Об этом я и сообщил малышке, когда встретился с ней на следующий день. В этот раз я был категоричен и уступать не собирался. Алина расстроилась, но приняла моё решение.
— Ты не хочешь обращаться к специалисту, не подпускаешь меня к себе, боясь провала, но, Марк, так же нельзя! Есть проблема и её надо решать! — выдала девушка.
Я с ней был солидарен, но пока не готов к экспериментам. Меня в дрожь бросало от мысли, что я могу облажаться с ней в постели. От моего эго и так мало чего осталось, и подобное станет роковым ударом для моей потрёпанной гордости.
***
Не проходило и дня, чтобы я не думал о том, как бы добраться до Беса. Если в тот момент, когда я давал клятву избавить мир от этой гниды меня мало волновало чего мне это будет стоить, то сейчас у меня был стимул дорожить собственной жизнью. У меня была Алина, и если не брать в расчёт проблемы интимного характера, то, в целом, рядом с ней я был счастлив. И всё могло бы быть ещё лучше, если бы не необходимость скрывать всё от окружающих. Я буквально кожей чувствовал, как плохо малышке всякий раз, когда мы оказываемся среди толпы. Её мучило то, что я вынужден уделять время девицам, дабы поддержать легенду. Мне и самому было противно, но ей было сложнее. Не знаю, что бы я испытывал, если бы мне пришлось наблюдать за малышкой в обществе каких-то мудаков.
Когда мне позвонил Бес и пригласил к себе, я испытал что-то, очень похожее на приступ паники. Воспоминания о последнем визите в дом этой мрази, были ещё слишком свежи и меня потряхивало, когда я переступал порог дома Беса.
— О! Это же наш петушок! — услышал я издевательскую реплику, полную глумливой насмешки. — Ну как, очко не болит? За добавкой пришёл? Втянулся, да? Так, если Михаил Петрович тебе откажет, я не прочь тебе помочь. Попробовать твою упругую задницу…