В классе как обычно стояла тишина и только четверо друзей во главе с Виктором что-то рьяно обсуждали.
Виктор завидел меня сразу, как я вошла и присвистнул:
- Эй! Иди к нам! - я не реагировала на него, на всю эту банду, шестерёнок, которые ходят за ним попятам, прислушиваются каждой его идеи, взбредшей в голову перед сном. - Эми, ты чего? Не хочешь пообщаться со своими одноклассниками?
- Нет желания. - сердце бешено стучало о грудную клетку. Только бы это поскорее закончилось.
На уроке английского он подавал большие надежды. Виктор отвечал, спокойно говорил и настолько увлёкся разговором с педагогом, что забыл обо всём на свете. Обо всём, кроме меня.
Он бросал странные взгляды, вроде бы с усмешкой, но за ними мелькали другие чувства. Досада? Обида? Не могу объяснить.
После урока он нагнал меня на ступеньках и схватил за руку. Прямо как в первый раз.
- Чего ты такая грубая? Хочешь проблем?
- Я не хочу тебя знать, не хочу с тобой говорить, не хочу, чтобы ты преследовал меня везде и всюду!
Он держал меня за руку, не отпуская. Время шло, а он держал. И это переходило все границы, все дистанции.
Я уже начала нервничать, а он смотрел бесстыдно, рассматривая моё лицо как под лупой.
На мою руку упало несколько капель. Сейчас дождь был совсем ни к чему. Я вырвала руку, подтянула лямки портфеля и развернулась, чтобы уйти. Но его голос снова заставил меня остановиться:
- Пойдёшь домой под дождём? Не боишься промокнуть насквозь?
Не оборачиваясь, я произнесла то, что так давно хотела:
- Пошёл ты к черту, Виктор!
До дома я и впрямь вся промокла, спускаясь в метро, вылезая снова под разбушевавшийся ливень.
Я открыла дверь своим ключом - дома никого не бывало в обед.
Я почти села за уроки, как вдруг в дверь затрезвонили.
- Кого там принесло! - да, гостеприимство было не моё.
Я открыла дверь и передо мной предстал сосед, имя которого я ещё не знала. Он дрожал, шмыгал носом, поправляя свои очки, глядя на меня как на спасителя народа, а я просто стояла, не зная, как быть дальше.
- Проходи, наверное... - это было всё, на что я была способна.
- Мне не ловко тебя отвлекать, просто я хотел узнать, занята ли ты сегодня?
Странный тип.
- Нет, - я посмотрела на него изподлобья, отмечая как красиво он смущается, но решила тут же изменить свои слова, сама не зная почему:
- Хотя да, занята. Но ты проходи, можешь согреться, а я налью тебе кофе.
- Я пью только чай. Зелёный.
Усмехнулась, но промолчала о том, что понимаю его вкус.
- Что смешного?
- Да так. У нас вкусы одинаковые.
Его брови нахмурились. Видимо, он считал меня всего лишь обычной, глупой девчонкой, с которой можно болтать ни о чем. Чёртов сексист!
- Не думаю.
Я оказалась права. Наверняка.
- Почему же?
- Потому что, у такого как я есть лишь одно занятие - бесконечные расшифровки, кодировки и числа. Так что схожесть в том, что мы оба предпочитаем зелёный чай - так себе, если честно.
- Ты не сказал, как тебя зовут.
- Грег.
- Ясно.
Мы не знали что больше сказать друг другу. На расстоянии нескольких метров, мы молча смотрели на то, как смотрит другой.
За время пребывания в этом доме, мне казалось, что я одна на всем свете, лежу и мечтаю, при свете звёзд, как было бы волшебно проводить такие ночи в объятиях любимого человека. Но все эти грёзы как ветром свеивало, когда приходили воспоминания о школьных буднях: о бесконечных занятиях, о новых заботах, о Викторе и его бестолковой свите.
А теперь мне казалось, что я могла бы найти общий язык с Грегом и мы могли бы в конечном итоге стать друзьями. Я уже представляла его в качестве своего лучшего друга, вот только реальность всегда намного темнее мечтаний.
- Я спросил, занята ли ты сегодня, только потому, что узнал у твоего отца, что ты хорошо играешь на фортепиано. - Он почесал затылок, а его глаза уже смотрели в пол. Я же скрестила руки на груди, понимая к чему он клонит.
- Ты хочешь, чтобы я стала твоим репетитором?
- А ты можешь им стать? - он с такой надеждой заглянул в мои глаза, что отказать я уже не сумела.
- Да... да Грег, конечно.
Он впервые улыбнулся мне. На душе стало как-то приятно и тепло, словно именно этой улыбки мне не хватало всё это время, пока я находилась в пасмурном Париже.
Он протянул мне руку и я протянула в ответ, касаясь его длинных пальцев кончиками своих. Грег осторожно сжал их и на его лице снова выступила краска. Он смущался. Я не пропускала таких мелочей. Люди всегда выдавали себя и будут выдавать, как бы не хотели скрыться под всевозможными масками лжи и сарказма.
Я все ещё надеялась, что и Виктор когда-то покажет себя настоящего. Но эту надежду я решила запрятать в глубину души и никогда не лезть в свои тайники.
Грег ушёл к себе, оставляя меня наедине с ливнем за окном.
Так начиналась моя новая жизнь в Париже.