Я топаю в свою комнату, убеждая себя в этом, но фантазирую о своей руке на ее бедре, пока опорожняю свои яйца в унитаз.
БЕТАНИ
Я надеялась, что к концу недели почувствую себя лучше после разговора с Джесси. На этой неделе почти каждую ночь не спала, разговаривая с Эшли о том, как объяснить Джесси, что он не может так прикасаться ко мне. Она безуспешно пыталась скрыть улыбку, а я все болтала и болтала о том, как вежливо велеть ему остановиться, хотя вовсе не обязательно ненавидела ощущение его руки на себе.
Его прикосновение сбивает меня с толку, вот на чем я остановилась.
Миллион раз прокручивала в голове эту лекцию, пока ехала на автобусе к пастору Бену. Когда вошла и увидела Джесси на полу, похожего на отпрыска замученного художника и падшего ангела, я замерла. Рассеянно спросила о стуле, и его ответ был последним ударом, который подорвал всю мою решимость. «Выбить из него зло» — слова, которые он использовал, но произнес их как запоздалую мысль, как будто они сорвались с его губ без его разрешения.
Когда я пришла в себя от его признания, он увидел мою слабость и пошел на убийство.
Он поцеловал меня!
«Вряд ли это был поцелуй».
Его слова звенят в моей голове, смущение омывает меня новой волной, как будто он только что их произнес. Я знала, что его цель – напомнить мне, насколько я наивна по сравнению с ним, насколько невинна и скромна.
— Я не ханжа, — бормочу я, запихивая пакетики с сахаром в корзину, радуясь, что ресторан пуст, если не считать нескольких поваров в задней части.
Мы закрылись десять минут назад, но я не тороплюсь домой. Эшли будет допрашивать меня о том, как прошел мой разговор с Джесси, и мне придется признать тот факт, что я пыталась отгородиться от Джесси Ли и, как и все женское население, с треском провалилась.
В передние окна светят фары автомобиля. В будние дни у нас обычно бывает несколько поздних клиентов, которые забывают, что по будням мы открыты только до десяти. Обычно они видят табличку «Закрыто», замечают, что свет выключен, и едут дальше.
Когда фары выключаются, и я слышу, как хлопает дверца машины, выглядываю наружу, и вижу, что искушение движется прямо ко мне. На Джесси его маскировка – бейсболка и рубашка с длинными рукавами. Я отпираю дверь и открываю ее, чтобы ему не пришлось слишком долго слоняться у всех на виду.
— Что ты здесь делаешь?
Он останавливается у самой двери.
— Можно мне войти?
Я не понимала, что преграждаю ему путь. Делаю шаг назад.
— Конечно.
Парень останавливается перед стойкой хостес и оглядывает полутемное помещение.
— Так вот где ты работаешь.
Я прослеживаю за его взглядом, пытаясь увидеть это место его глазами. Дешевая закусочная, украшенная занавесками в бабушкином стиле и фотографиями выпечки в рамках на каждой стене. Как будто он уже не думает, что я неудачница, мое место работы только подтверждает это.
— Джесси, тебе не следует здесь находиться. Кто-нибудь может тебя узнать.
— Мне все равно. Я не могу вечно сидеть взаперти.
Все еще не совсем понимаю, почему он здесь.
— Если ты голоден, я ничем не могу тебе помочь. Кухня закрыта. Я могла бы принести тебе кусок пирога…
— Я не голоден.
— Ладно.
— Мы можем сесть? — Он указывает на кабинку.
— Думаю, да.
Я направляю его к ближайшей кабинке и удостоверяюсь, что мы сидим по разные стороны друг от друга. Мне нужно расстояние между нами, потому что даже сейчас существует гравитационное притяжение, которое заставляет меня наклониться к нему через стол.
Он снимает бейсболку и проводит рукой по волосам. Рыжевато-коричневый беспорядок стал длиннее, чем был, когда он попал сюда, но все равно выглядит совершенно по-голливудски. Типа как у Роберта Паттинсона в «Сумерках», но лучше.
— Послушай, я сожалею о том, что случилось сегодня. Я не должен был тебя трогать.
Но... но... но... заткнись, Бетани! Это то, что ты хотела!
— Эм, ладно.
Его взгляд впивается в меня, как будто Джесси пытается заглянуть мне в голову.
Плохая идея! Я не могу позволить ему увидеть, что там внутри.
— Хочешь кофе?
Он улыбается.
— Да, было бы здорово.
Я вскакиваю и ныряю за стойку, чтобы сварить кофе без кофеина. Музыка доносится из кухни, где повара Рик и Леон, собирают вещи. К счастью, они каждый вечер выходят через заднюю дверь, так что Джесси не должен быть замечен без бейсболки.
Наливаю свежее варево в две чашки и добавляю немного сливок и сахара в свою, но оставляю черный Джесси, как он любит.