– Нет. Черт, нет!
Я хватаю ее за руку, и мы вместе направляемся на следующую лекцию. Подальше от Данте. Подальше от этого безумия.
Мы занимаем места в конце полупустой аудитории. Несколько секунд я просто пытаюсь привести свое дыхание в порядок, а потом перевожу взгляд на свою подругу и замираю. Она что, смеется?
– Перестань! – восклицаю я. – Клянусь, если ты не прекратишь, я найду себе новую подругу.
– «Новую подругу» – ты про Данте, что ли? – она закрывает лицо руками, не в силах скрыть свою улыбку.
Я фыркаю и зарываюсь лицом в ладони.
– Ева, я не понимаю, почему ты его избегаешь? – не отступает Анна. – Он явно интересуется тобой.
– Ты серьезно? – я смотрю на нее, будто она с ума сошла.
Она кивает.
Я выпускаю долгий вздох.
– Я избегаю его, потому что ему было наплевать на меня всякий раз, когда надо мной издевались. Он молчал. Все эти годы! – я задыхаюсь от злости. – И еще… я слышала, как в столовой он назвал тебя «фриком» из-за твое короткой стрижки, но, черт, напомни мне, кто обрезал твои волосы? Не его любимые подружки, случайно?
Анна замолкает, пытаясь переварить мои слова.
– Слушай, Ева… не переживай из-за меня. Попробуй поговорить с ним. Может, он не такой уж и мудак?
Я качаю головой:
– У тебя слишком большое сердце, Анна. Я не собираюсь давать ему шансов. Он – мудак. И точка.
День тянется бесконечно долго. В моей голове крутятся мысли о Данте, несмотря на то, что я всеми силами стараюсь их игнорировать. Ванесса так и не появилась, и меня начинает пугать это затишье перед бурей. Я точно знаю, что когда эта сучка вернется в университет, нам с Анной не поздоровится.
После лекций мы с Анной направляемся в столовую. У меня все еще нет аппетита, поэтому я покупаю сок и яблоко. Когда мы садимся за стол, я начинаю скользить взглядом по столикам. Да, я ищу Данте. Черт бы меня побрал, но я не могу это контролировать. Наконец, я замечаю его. Он сидит за своим столом и что-то бурно обсуждает, не глядя в мою сторону. Это хорошо. Может, он, наконец, нашел себе занятие поинтересней?
Внезапно возле нашего столика вырастает фигура. Я поднимаю взгляд, чувствуя, как все внутри сжимается. Алекс нависает над нами, как ястреб. Его взгляд не обещает ничего хорошего.
– Ты знаешь, почему Ванесса не ходит на занятия? – спрашивает он. Я молчу, глядя в его бешеные глаза. – Потому что ее отстранили от учебы, – договаривает он, и я чувствую, как его терпение начинает иссякать. – А знаешь, почему ее отстранили?
Страх сжимает мои внутренности. Но я не собираюсь поддаваться.
Алекс хлопает ладонями по столу, заставляя нас с Анной вздрогнуть. В столовой становится слишком тихо, десятки глаз устремляются в нашу сторону.
– Я с тобой говорю, официантка!
– Отстань от нас! – просит Анна.
–Закрой рот, фрик, – выплевывает он, даже не глядя в ее сторону.
Сердце пропускает удар. Алекс выглядит как психопат, его глаза яростно сверкают, а губы искривляются в угрожающем оскале.
– Ответь на мой вопрос, гребаная сука, – рычит он.
– Иди к черту, – коротко отвечаю я.
Лицо Алекса перекашивает от гнева. Он поднимает руку, и я вся сжимаюсь, готовясь к последствиям.
И в этот момент раздается спокойный ледяной голос:
– Я не хочу, чтобы ты прикасался к Еве, разговаривал с ней или даже смотрел в ее сторону. И то же самое касается Анны. Если ты меня ослушаешься, то я позабочусь о том, чтобы твоя жизнь в Редвуд-Хайс стала настоящим адом.
Данте.
В его глазах горит что-то жестокое, опасное. Он подходит к Алексу и спрашивает:
– Ты меня понял?
Алекс застывает, как загнанный зверь. Данте продолжает убивать его взглядом, заставляя всех студентов, находящихся в столовой, замереть.
Алекс кивает и медленно отступает.
Данте оборачивается к замершим студентам:
– Их зовут Ева и Анна. И с этого момента вы будете называть их по именам!
Я не верю своим ушам.
Данте не просто послал Алекса, он послал всех.
Он оборачивается ко мне, и его взгляд становится мягким. Черт, этот парень не перестает меня удивлять.
– Ты в порядке? – спрашивает он.
Я почти теряю голову.
– Да… – шепчу я. – Я в порядке.
Я оглядываюсь на Анну, она тоже выглядит ошеломленной.
Данте складывает руки на груди:
– Как думаешь, я теперь могу пообедать вместе с вами?
Я не думаю, что это хорошая идея, потому что все еще не верю в его добрые намерения. Но внутренний голос говорит мне, что, возможно, стоит дать ему шанс. Всего один. Хотя бы на пару минут.