Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть спокойной, хотя все внутри меня горит.
– Присаживайся.
Данте улыбается и машет кому-то рукой. Я оглядываюсь. Габриэль и Леон встают со своих мест и, взяв подносы с обедом, направляются к нам.
– Что ты делаешь? – спрашиваю я, чувствуя, как напрягается мое тело.
– Я теперь сижу здесь, а они сидят там, где сижу я, – отвечает он.
– Нет, постой, – я качаю головой, пытаясь сохранить спокойствие. – Я сказала, что ты можешь сесть вместе с нами, но не они…
Я встаю со своего места. Габриэль и Леон останавливаются, глядя то на меня, то на Данте.
– В чем проблема? – спрашивает Данте, его голос звучит спокойно.
– Я не хочу, чтобы они сидели с нами.
– Ева, послушай, – начинает он, его голос звучит мягче, чем я ожидала. – Если они сядут здесь, то никто больше не посмеет подойти к тебе или к Анне. Они мои друзья, и они не причинят вам вреда. Я даю тебе слово.
Я еще несколько секунд смотрю на Данте, а затем сдаюсь и сажусь рядом с Анной.
– Ладно, пусть будет по твоему.
Данте кивает. Габриэль и Леон садятся за наш стол. Напряжение постепенно уходит, но я не совсем уверена, что это правильное решение. И в какой, черт побери, момент мир остановился и начал вращаться в обратном направлении?
– Это мой двоюродный брат, Леон, – Данте кивает в сторону парня, который садится напротив Анны. – Он на втором курсе.
Леон улыбается, демонстрируя нам свои белоснежные зубы.
– Привет, девочки, – он протягивает Анне руку, но я уже наслышана о его похождениях и поэтому перехватываю его ладонь.
– Извини, она страдает от микрофобии. Я Ева, а это моя подруга Анна.
Улыбка Леона становится шире:
– Это гениально, брат! Теперь я тоже буду страдать микрофобией всякий раз, когда какой-нибудь утырок захочет пожать мне руку.
Я не могу сдержать улыбку. Анна тоже усмехается.
– А это Габриэль, – продолжает Данте. – Он не слишком разговорчивый.
Габриэль откидывается на спинку стула, вытягивая на стол татуированные руки. Мне хочется рассмотреть эти странные рисунки, но я останавливаю себя.
– Рада знакомству, Габриэль, – говорю я.
Он кивает.
Обед проходит без происшествий. Обычно мы с Анной болтаем о всяких глупостях, но теперь у нас есть компания. Данте, Габриэль и Леон. Они шутят, рассказывают нелепые истории и много смеются. Впервые я чувствую себя в безопасности. И мне это чертовски нравится.
Когда звенит звонок, мы с Анной поднимаемся, но Данте меня останавливает:
– Что у тебя по расписанию? – спрашивает он.
– История, а что?
– Мы проводим тебя.
Он встает из-за стола и берет меня за руку. Я чувствую себя растерянно, но не пытаюсь вырваться из его хватки. Его друзья и Анна идут следом.
Когда мы выходим в коридор, Леон поворачивается к Анне и спрашивает:
– Что ты делаешь?
– Эм… иду.
– Нет, почему ты оглядываешься и вздрагиваешь при каждом повороте? – Леон выглядит слегка ошарашенным.
– Я всегда начеку, – отвечает она, опуская взгляд в пол.
– Господи, Иисусе. – Данте проводит рукой по волосам и бросает серьезный взгляд на Анну: – Перестань бояться, ты теперь под надежной защитой, – он кивает на Габриэля и Леона. – Они не дадут тебя в обиду.
Анна резко останавливается.
– Я не просила ни защиты, ни шоу. Я просто хочу спокойно… дойти до аудитории.
– Ну вот и иди, – пожимает плечами Данте. – Только перестань вести себя так, будто каждый встречный вот-вот на тебя набросится. Это раздражает.
Я пихаю его локтем в бок:
– Повежливей.
Он чуть поворачивает голову, поднимая вверх брови.
– Ты мне? – его взгляд оценивающе скользит по мне. – Хочешь научить меня этикету?
– Тебе бы это не помешало, – фыркаю я.
Мы подходим к аудитории, и Анна вбегает внутрь. Габриэль с Леоном скрываются в проеме лестницы. Я отпускаю руку Данте и уже собираюсь последовать за подругой, как вдруг меня останавливает низкий голос:
– Почему ты снова убегаешь от меня?
– Мне пора на занятие…
Данте качает головой, а затем обхватывает меня одной рукой за талию и притягивает к себе. Весь воздух покидает мои легкие. Я пытаюсь вырваться, но это бесполезно.
– Прекрати, – шиплю я, чувствуя, как пылают мои щеки. – На нас люди смотрят.
Аудитория заполнена до отказа, взгляды студентов прожигают нас насквозь.
– Ну и пусть, – его голос спокоен. – Ты так и не сказала мне спасибо.
Я моргаю.
– И не скажу.
Его губы растягиваются в улыбке, от которой у меня подгибаются колени.
– Неправильный ответ, Ева, – он качает головой. – Но если ты не хочешь говорить, то можешь поблагодарить меня поцелуем.