В саду гораздо уютнее, чем в доме. Анна смотрит на залитую светом гостиную, слышит смех и разговоры, и чувствует, что под крышей беседки ей дышится легче. Глубже. Спокойнее.
Анне тяжело, особенно в последние дни. Она ненавидит этот город и мечтает сбежать. Куда-нибудь, где ее никто не найдет. Даже семья. Она никогда не вписывалась в идеальный мир своего успешного отца и безупречной матери. Вся ее жизнь была фальшью – отличница, примерная дочь, улыбки на семейных фото. А внутри?
Пустота.
Раньше она была другой. Общительной, живой. Сейчас от нее осталась только тень. И это ее пугает. Она боится, что больше никогда не станет прежней.
– Привет.
Анна резко вздрагивает, сердце делает сальто. Она поднимает голову и видит, как между стойками беседки появляется парень. Он пугающе красив. Брюнет с нахальной ухмылкой, одетый в черную толстовку и серые джинсы.
Парень медленно поднимается по ступенькам. Он держится уверенно, но не агрессивно. Как будто знает, что Анну можно легко напугать.
– Извини, если помешал.
Анна не отвечает. Она даже не может понять, откуда он взялся. Будто из воздуха. Облокотившись о колонну, он преграждает выход из беседки. Пальцы Анны сжимаются в кулаки. Они наблюдают друг за другом несколько секунд, а потом парень говорит:
– Я Роб. Брат Данте, – девушка подмечает, что у него приятный голос. Глубокий и хриплый. – Я бы подошел к тебе ближе, но говорят, ты пугливая.
Анна резко вскидывает взгляд. Роберто смотрит на нее внимательно, даже проницательно, словно читает ее мысли.
– Или это лишь нелепые слухи? – допытывает он.
Серьезно? Этот человек... уже начинает выводить ее из себя.
Наблюдая за ним, она оценивает ситуацию. Нужно ли его бояться? Да. Определенно. Он не похож на Данте или Леона, в нем чувствуется настоящая угроза.
Роберто медленно приближается к девушке. Она замирает, когда он опускает руку в карман. Сердце начинает биться, как сумасшедшее. Только не оружие. Только не…
Сигареты.
Он вытаскивает пачку, как актер из фильма 80-х. Зажимает одну сигарету губами и возвращает пачку в карман. Затем щелкает зажигалкой. Яркое пламя вырывается из металла, окрашивая его лицо в янтарный цвет. Он делает глубокую затяжку и выдыхает, смешивая свежий воздух с запахом табака.
– Ты ведь не против, да? – спрашивает он, не отрывая от нее взгляда.
Анна медленно качает головой. Она бы хотела отвернуться, но что-то не позволяет ей отвести от него глаз. Он похож на Данте, но не внешне. Скорее уверенностью, пропитанную притяжением. Только у Роба эта энергия темнее. Глубже. Опаснее.
У него такая же смуглая кожа. Темные волосы. Но глаза… черные, как два бездонных колодца. Слишком темные, чтобы быть настоящими. Небрежность читается в каждом его жесте: небритая щетина, слегка растрепанная прическа. Он – полная противоположность тем людям, среди которых она росла.
– Не хочешь представиться? – спрашивает он, скользя по ней взглядом.
– Анна.
Он медленно затягивается, держа сигарету между большим и указательным пальцами.
– Дочь сенатора, да?
Анна кивает.
– Ты попала в аварию, – продолжает он. – Пару лет назад. Я видел твое фото в газетах.
Это воспоминание больно ранит ее. Анна вздрагивает и поднимается на ноги. Она больше не может находиться рядом с ним.
Приближаясь к выходу, она надеется, что он выпустит ее из беседки. Но он не сдвигается с места. Смотрит на нее сверху вниз с каким-то странным выражением лица. То ли с жалостью, то ли с интересом.
– Ты можешь… можешь пропустить меня? – ее голос едва слышен. Колени предательски дрожат, каблуки мешают сохранять равновесие.
Роб делает очередную затяжку, и облако дыма окутывает ее. Металлическая зажигалка «Зиппо» вспыхивает снова. Он перекатывает ее между пальцами, играя пламенем. Так спокойно и умело, будто огонь часть его самого.
– Я уступлю, если скажешь, сколько тебе лет.
Что?
Она моргает, глядя на огонь в его руках. Он не обжигается, а контролирует пламя. Как и все остальное.
– Двадцать два, – отвечает она, сама не зная, зачем. – А тебе?
Зачем я это спросила?
Роб ухмыляется и отходит, позволяя ей пройти. Анна осторожно проходит мимо. Даже на каблуках ее макушка едва достигает его плеч. Она затаивает дыхание, и не выдыхает, пока не выходит из беседки.
– Рад был познакомиться, – слышит она за своей спиной.
И убегает прочь.