И когда я вижу себя в зеркале… воздух застревает в моем горле.
Волосы – легкие небрежные локоны. Макияж – смелый. Кошачий взгляд и ярко-красная помада. Платье… оно сидит так, будто было сшито специально для меня. Бархатная ткань обтягивает каждую линию, декольте открывает ровно столько, чтобы свести с ума. Никаких секретов, никаких барьеров. Это платье будто моя вторая кожа.
Я никогда не выглядела так. И, что страшнее, никогда не чувствовала себя такой красивой.
– Ты великолепна, Ева, – улыбается Елена.
– Спасибо… – мой голос звучит слишком тихо.
– Подожди! – ее глаза расширяются. – Уже почти полночь!
Прежде чем я успеваю спросить, что это значит, она снова хватается за мою руку и тянет в центр комнаты.
– Стой здесь.
А потом исчезает.
И я остаюсь одна, в чужом платье, и с сердцем, которое бьется слишком быстро.
Глава 59. Получить желаемое
Одиннадцать сорок пять. Серьезно? Я даже не заметила, как пролетело время.
Я оглядываюсь. Сколько я еще тут буду?
Сначала я стою, как послушная, там, где она сказала. Потом начинаю бродить по комнате. И именно в этот момент дверь резко распахивается.
– Наконец-то… – слова застревают в горле.
В дверях стоит Данте.
Он смотрит на меня так, будто сам не верит в то, что видит. И, кажется, я выгляжу точно так же. Шокированная происходящим. Я – в самом коротком платье на свете. Он – в дверях, как хищник, застигший добычу.
Данте начинает медленно приближаться. И с каждым его новым шагом я отступаю. Мое сердце колотится, потому что он напоминает волка, подкрадывающегося к жертве. И от осознания того, как я выгляжу, мне становится еще хуже.
Я убью Елену.
– Э-э… что ты тут делаешь? – мой голос дрожит.
Он останавливается прямо передо мной.
– Я здесь живу. Помнишь?
Верно. Глупо.
Все, что я знаю, – он отсутствовал весь вечер. И вот теперь… он здесь. И выглядит опаснее, чем когда-либо. Его темно-серая рубашка, застегнутая на все пуговицы, подчеркивает ширину плеч и накаченные руки. В его взгляде мелькает холодный расчет. Атмосфера вокруг вдруг становится тяжелее, словно сам воздух подчиняется его присутствию.
Я невольно облизываю пересохшие губы.
Данте тянется, берет меня за руку и резко притягивает к себе.
– Ты выглядишь чертовски красиво.
Сердце взрывается, когда он наклоняется и дарит мне легкий поцелуй. Этого достаточно, чтобы меня пронзило током.
Прежде чем я успеваю что-то сказать, он ведет меня прочь.
– Эй… а где Елена?
– Ушла. Напомните мне позже, чтобы я поблагодарил ее и убил за это платье.
Ушла? Мое сердце начинает биться быстрее. Неужели это все было спланировано?
Данте открывает дверь своей спальни. Я заглядываю внутрь и вижу столик у балконной двери. Маленький, с двумя стульями. Для нас. Он сделал это для меня?
Его ладонь ложится мне на поясницу. Мы проходим вперед, и дверь за нами закрывается. Данте усаживает меня за стол, подвинув стул. Я опускаю взгляд и вижу на тарелке кусок шоколадного торта.
Данте садится рядом и достает из кармана свечу и зажигалку. Устанавливает свечу в торт, а затем поджигает ее.
– С днем рождения, Ева.
Мир замирает. Я потрясенно смотрю на него.
– Как ты узнал?
Он лишь пожимает плечами.
– Аарон сказал.
– Ох… Вы подружились?
Данте морщится.
– Можно и так сказать.
Я улыбаюсь и быстро касаюсь его губ легким поцелуем.
– Спасибо.
– Не за что.
Я бросаю взгляд на свечу и задуваю ее.
– Загадала желание?
Я думаю о том, как сильно все изменилось за этот месяц. Моя жизнь. Я сама.
– Да. Но не скажу. Иначе не сбудется.
Данте поднимает на меня серьезный взгляд:
– Я собираюсь исполнить все твои желания.
Я нервно смеюсь, пытаясь разрядить воздух между нами.
– У меня их слишком много.
– Ты того стоишь.
Сердце плавится. Черт, я не ожидала услышать это от него. Данте, который обычно жесток и резок, сейчас очень нежен.
Он берет клубнику в шоколаде, лежащую в хрустальной пиале, и откусывает. Я тянусь к другой, но он перехватывает мою руку. Вместо этого берет еще одну ягоду и медленно подносит к моим губам. Я открываю рот и откусываю. Сладкая, с кислинкой. Но я не могу понять, что вкуснее. Ягода или то, что Данте кормит меня?
Затем он отламывает ложкой кусочек торта и приближает его к моим губам. Бабочки взрываются в моем животе. Я прикасаюсь губами к торту, глядя Данте в глаза, и по моей коже пробегает горячая дрожь.