Рик прислушался, пытаясь различить хоть какой-нибудь
постороний звук: топот копыт, случайный окрик или тихий
разговор, - но вокруг властвовало только море. Пышные
волны, издавая грозное шипение, с остервенением
вгрызались в мягкий берег, пытаясь утащить в пучину как
можно больше крохотных песчинок.
- По-моему он сбрендивший пройдоха, - предположил
Оливер.
- Если честно, он меня пугает, - откликнулся Рик.
Скиталец вернулся через пару минут. Оружие было в
ножнах, но на лице все еще блуждало заметное
беспокойство.
Подойдя практически вплотную к Джейсону-младшему,
он резко схватил его за руку и, ничего не объясняя, сорвал
повязку.
- Что вы делаете!
- Молчи. У меня нет времени попусту здесь распинаться и
объяснять прописные истины. То, что у тебя закралось под
кожу и растет с каждым днем. – Его палец уперся в темный
след, который теперь напоминал морскую каракатицу:
расплывшись и надувшись огромными пузырями. - Эта
штука является меткой мертвеца. Так мы ее называли
раньше. И если ты не будешь меня слушать – кончишь как
шелудивый пес в подворотне.
Побледнев, словно мел, Рик обессилено опустил руку.
Уверенный голос Скитальца просто не мог врать.
- Еще совет: если хочешь жить, завяжи свои губы узлом, а
заодно законопать рот и своему неугомонному приятелю. А
ты… - указательный палец уперся в Оливера. – Проводишь
своего друга до самого порога и дождешься, пока тот
соизволит закрыть дверь на все засовы. Теперь с тобой, -
палец метнулся вправо и уткнулся в плечо Рика. – Чтобы не
происходило ночью - держи ухо востро, но не лезь на
рожон, как это было вчера. Завтра, к полудню, я буду ждать
вас у старого дока на пристани Мертвых кораблей. И будьте
осторожны – не прихватите с собой беду.
Скиталец ушел также внезапно, как и возник - не
попрощавшись и не обронив лишнего слова.
Всю дорогу до дома Оливер молчал, лишь изредка
озираясь по сторонам, и время от времени протирая
окуляры очков. Рик в свою очередь окончательно
запутавшись в собственных мыслях тоже оставался нем.
На пороге они быстро попрощались.
- Считаешь, все гораздо серьезней, чем нам казалось? –
внезапно спросит Оливер.
- Думаю, что нет, - соврал друг.
- Значит, завтра встречаемся на этом же месте.
Приятель попытался изобразить улыбку, но вместо нее на
лице возникла лишь гримаса отвращения.
* * *
Срезав с куста бегонии завядшие листы, Клер проверила
насколько хорошо растут черенки и, закончив работу,
бросила невольный взгляд на мистера Бишепа. Со
вчерашнего дня он чувствовал себя неважно. Его бросало то
в жар, то в холод, а лицо приобрело такой мрачный,
земельный оттенок, будто цветочник в скором времени сам
готовился превратиться в рассаду.
- С вами все в порядке?
Мистер Бишеп попытался ответить – только вместо слов у
него изо рта вырвалась белая жижа. Позеленев, а затем,
окончательно побледнев, он обессилено повалился на
крохотный деревянный стул.
- Морская пучина, как же мне тяжко. Клер, милая, не могла
бы ты подать мне стакан воды.
- Безусловно, – тут же откликнулась девушка. – Только
боюсь, что это не отравление, мистер Бишеп. Дело куда
серьезнее. Посмотрите на себя - на вас же лица нет.
Позвольте, я все-таки схожу за доктором Дайтли.
- Ни в коем случае. Это обычная борьба желудка с тем, что
я пытаюсь засунуть в свой грешный рот, - попытался
пошутить цветочник. На последнем слове его сново стало
мутить.
- Почему вы так противитесь? – Клер была напугана не на
шутку.
- Милая моя, - оторвавшись от таза, Бишеп попробовал
объяснить. – За сегодняшний день я сэкономил на куриных
ребрышках и пиганском сыре, а также на паре пинт
люрского вина около трех суонов. А этот прихвостень в
белом парике – я говорю о докторе Дайтли, - сдерет с меня,
по меньшей мере, пять монет, за бесполезное
кровопускание. Получается, я все равно прогадаю. Так что
лучше уж мой организм сам справится с тяжким недугом.
Болезнь в очередной раз взяла верх над цветочником и его
стошнило.
Клер, решив больше не медлить, стала собираться, не
обращая внимания на возмущения хозяина.
Доктор Дайтли жил неподалеку и с радостью откликался
на все проблемы страждущих, не забывая стребовать с
больного баснословное вознаграждение за свои нехитрые
процедуры. Со временем, желающих расстаться целым
состоянием, но не избавиться от телесных хворей
становилось все меньше, и доктор стал более избирателен в
выборе пациентов. Приодевшись, он заметно изменился.
Солидный вид, белоснежный парик, парфюм из
магазинчика Бикси – теперь лекарь помогал лишь
избранным господам.
Вместе с достатком пришло и уважение со стороны
толстосумов, которые безоговорочно доверяли словам
Дайтли, выполняя любую его прихоть. Плут в белом парике
лечил богачей от всего чего угодно, не забывая назначать
им консультации по вопросам здоровья. «Смертельно
больные» бароны и кавалеры, а также эсквайры и
джентльмены, обязаны были не реже недели посещать
скромное жилище Дайтли. Тот в свою очередь, возложив на
себя тяжелый груз покровителя, с нахальством дворовых
лгунов, невзирая на ранги и сословия ставил им
немыслимые диагнозы. Получал солидные вознаграждения.
И был тем весьма доволен.
Клер хотела отыскать кого-нибудь другого, но, к
сожалению, напыщенный плут был единственным доктором
на несколько торговых кварталов.
Постучавшись в дверь, девушка услышала сонный голос и
вскоре, на пороге возник добротный силуэт врачевателя.
Густые, торчащие в разные стороны брови Дайтли сошлись
на переносице.
- Чем обязан, миссис, - протянул он, пытаясь вспомнить ее
имя.
- Мисс Джейсон. Клер Джейсон, сэр, – немного
смутившись, представилась девушка.
- Ах да, безусловно. Как я мог забыть. – Доктор хлопнул
себя по лбу и обнажил белоснежные зубы. Поговаривали,
что он изобрел специальный бальзам, который заставляет
рот светиться ярче путеводных звезд, навсегда убирая
непобедимый желтый налет.
- Простите, сэр, я хотела бы попросить вас оказать моему
хозяину мистеру Бишепу неоценимую услугу, - осторожно
начала Клер.
- Как вы сказали, мисс? Неоценимую услугу? Мне нравится
ваше высказывание. – Одутловатое лицо вновь озарила
лучезарная улыбка. – Выкладывайте, что стряслось у
нашего общего знакомого.
- Ему очень плохо. Он почти наиздыхании, - прошептала
Клер.
Долго осматривая цветочника, прислушиваясь к его
хриплому дыханию, доктор неустанно бормотал себе что-то
под нос. Клер разобрала лишь несколько слов – Дайтли
настойчиво повторил «не может быть» и «невероятное
совпадение».
Затем начались бесконечные вопросы: как часто и
насколько долго. В конце доктор провозгласил не совсем
внятный диагноз и сказал, что требуется более детально
изучить испражнения мистера Бишепа.
- Могу сказать вам одно мисс: у вашего хозяина не
тропическая лихорадка, и слава святому Дункану, не чума.
Пока это все, что я готов утверждать, - произнес в
заключении Дайтли.
- И ничего конкретного?! – возмутился цветочник,
обессилено приподнявшись на локтях.
Доктор легким движением руки пригвоздил его обратно к
постели.
- А что же вы хотели, мой милый. Поставить диагноз - та
еще загвоздка. Так просто такие дела не решаются.
- Да вы даже не удосужились спросить, чем я питался весь
прошлый день, достопочтимый сэр, - взмолился больной.
Наградив цветочника неподражаемой улыбкой, Дайтли
пояснил:
- Ну, это совершенно ни к чему. То, что с вами происходит