— Доставка почты! — буквально выкрикнула ему в лицо девочка лет десяти. — У вас проплачено.
Ему вручили выпуск какой-то газетёнки, затем юная почтальон поспешно попрощалась и ринулась прочь.
Уже закрывая дверь на ключ Вель вспомнил, что так и не надел ничего, кроме белья, а на нём до сих пор красовалась медицинская перевязь после огнестрельного ранения и некоторые следы заботы Фонфорта о его удовлетворённости во всех смыслах этого слова.
Убийца вздохнул: вероятно, он так и будет попадать в подобные ситуации. Бросив газету на диван, он вытащил коробку яиц, отыскал в шкафчике сковородку… Примитивный завтрак в пять часов вечера мог кого угодно обрадовать!
Всё ещё обдумывая вчерашний разговор, Вель невольно краснел.
Казалось, Далис был серьёзен. Насчёт всех его таких заманчивых предложений, в ответ на которые убийца мог только кричать «да, да, да!», пока не охрипнет; но на такое он пока не был готов. Быть может, через полгода… Странно оказалось планировать настолько наперёд: обычно убийцы знают своё расписание максимум на месяц, а дальше вновь отправляются в свободное плавание. Специфика работы.
Послышалось бормотание. Некто за тонкой стеной достаточно громко выяснял отношения, и убийца невольно вслушивался в чётко произносимые слова.
— Да пошёл ты к чёрту! Постоянно ночуешь не дома и мне что-то предъявляешь… Я хотя бы не вру! — женский голос звучал громче и пронзительнее.
— Успокойся.
— Сам успокаивайся!
— Мы просто расходимся. Признай уже, что эти отношения зашли в тупик, и давай будем двигаться дальше.
На мгновение воцарилось молчание. Вель мог слышать исключительно шаркающий звук, издаваемый яйцами на сковородке.
Он вздохнул.
Любые отношения были сложными, даже если оба в паре адекватны и не имеют психических расстройств. А у них с Фонфортом… Убийца выключил плиту и неторопливо разлочил яичницу по тарелкам. Они с Далисом не могли считаться идеальной парой, поскольку у самого себя парень мог обнаружить чересчур много острых сколов, о которые неосторожный человек мог не только порезаться, но и лишиться пальца.
— Доброе утро, — владелец отеля зевнул, прошлёпал по полу в розовых тапочках и плюхнулся на диван. — Давно я так хорошо не высыпался…
— Мы часов двенадцать спали, — Вель забрался на диван с ногами, взял тарелку на руки и принялся есть.
Несколько минут оба молчали, сосредоточенно пережёвывая пищу.
Вероятно… Когда-нибудь их совместные дни могли начинаться так. Тогда они бы сидели на веранде, смотрели сверху вниз на редких прохожих и просто молчали, прислушиваясь к приятной тишине, которая дымкой окутала бы их.
Наконец Далис отставил тарелку.
— У меня были планы, Вель… Хотел обсудить с тобой.
Убийца едва кивнул, не выпуская из рук вилку.
— Я знаю, кем является человек, благодаря которому всё это произошло. Знаю, где его найти… У меня есть вся информация, чтобы нападать, но нет ни армии, ни оружия. И по всему выходит, что мне остаётся только признать собственную слабость и вести переговоры.
Он ожидал, что это случится. В конце концов, раз этот неизвестный был противником Далиса, они когда-нибудь всё равно бы встретились… И избегать Ту девушку вечно не вышло бы. В любом случае придётся увидеться с ней, посмотреть ей в глаза или даже сразиться — всё зависело от решения Фонфорта, и в этом вопросе Вель собирался поступить, как тот прикажет.
— Переговоры, — проговорил парень.
— Да, никаких сражений, — владелец отеля вздохнул. — Но у меня будет к тебе просьба. То есть… Вроде как заказ. Понимаешь, чтобы победить, мне необходимо точно знать, когда умрёт старик, а обеспечить это нельзя никаким другим способом…
Вель кивнул.
Он поставил тарелку на стол и опустил глаза, изучая обивку дивана. Странно было совершать такое. Пусть они, казалось, собирались подумать о чём-то большем, этот «заказ» выглядел абсолютно неуместным, будто опухоль или загноение.
— Не стану, — убийца посмотрел на Далиса. — Это будет неправильно. Не сам факт смерти, а то, что для тебя это буду делать я.
Фонфорт наклонил голову назад, изучая потолок, затем снова повернулся к парню. Они молча изучали выражения лиц друг друга.
Скидка для близких?
Вель не желал, чтобы их отношения, если человек напротив желал именно этого, были основаны на принципе странного бартера. Убивать для него… Да, смерть — неотъемлемая спутница парня, куда бы он ни отправился, но ему не хотелось смешивать неприятный запах гниющих трупов и ярко-красный цвет крови на зелёных пальмах с тем странным тёплым чувством, которое оставил ему Фонфорт.