Убийца подошёл к шторке, отодвинул её в сторону.
Изначально он не собирался угрожать…
— Постарайся уж. Иначе я действительно дам ход этому делу и, поверь, отсужу у твоего друга немало средств.
Шаман не стал идти за ним.
Не требовалось смотреть на него, чтобы уловить волнение: теперь Вель окончательно убедился в своей догадке. Возможно, в последние дни произошло нечто такое, что Ленк искал встречи со своим партнёром, но не мог найти повод, вот и теперь бросится звонить, стоит гостю покинуть хижину… Убийца чуть коснулся плеча своей проводницы. Невысокая девушка мгновенно проснулась, протёрла глаза и пугливо огляделась, пытаясь понять, что происходит.
А затем они вместе двинулись обратно под проливным дождём.
Капли намочили одежду и волосы, повисли на ресницах и порой умудрялись даже залетать в рот, но Вель настойчиво продолжал идти по болоту вперёд, следуя за своей не менее храброй спутницей, и вскоре они оказались на асфальтированной дороге.
Дальше идти стало проще.
Даже несмотря на пелену дождя, чёрную машину убийца разглядел издали. Её припарковали у самого въезда в посёлок, фары вырывали из тумана часть улицы… Убийца догадывался, кому принадлежит игрушка.
— Это за тобой? — тоже поняла девушка.
— Да, — с улыбкой выдохнул парень, приближаясь к передней дверце, — спасибо за помощь. Могу я тебя как-нибудь отблагодарить?
Она поспешно покачала головой и припустила прочь, только пятки сверкали — то ли торопилась попасть домой, то ли испугалась, что помогла представителю мафии.
Мокрый Вель, распахнув дверь, забрался в салон.
— Почему не взял зонт?.. — Далис бросил в него пушистое полотенце, и пока убийца старательно вытирал волосы, завёл машину и тронулся. — Как твои переговоры?
— Ничего, — Вель зарылся лицом в полотенце.
— Ничего не узнал? — хмыкнул Фонфорт. Казалось, даже наличие дождя не мешало ему спокойно вести машину, вырывая из тумана лишь небольшую часть ухабистой дороги.
Убийца расстегнул пуговицы мокрой рубашки, снял её и набросил на плечи полотенце.
— Нам устроят встречу.
— Хвалю, хвалю… — Далис взглядом проследил, как его пассажир бросил мокрую одежду на заднее сиденье. — Ты серьёзно собирался идти в обе стороны пешком? Нельзя было взять машину?
— На автобусе быстрее, — пожал плечами парень, забрался на сидение с ногами, а затем и вовсе, сместившись влево, устроил голову на коленях у Фонфорта.
Мимо проносился лес.
Высокие деревья чуть качались от резких порывов ветра, дождь во всю хлестал по всем доступным поверхностям, будто бы пробуя их на вкус, отбивая собственный странный ритм. Музыка воды… Вель вслушивался в её переливы и смотрел, как Далис легко направляет их колесницу.
Лес закончился, дорогу окружили пустые поля. Только где-негде появлялись несобранные возвышающиеся вверх колосья, но их скоро побьёт дождём, и от урожая не останется и следа.
— Красивое место, — убийца перебросил полотенце наверх, укрываясь им.
— Домики недорогие, если хочешь, ещё один будет не так уж и сложно приобрести… — Фонфорт, оторвавшись от управления, погладил парня по голове. — С тобой всё в порядке?
Вель тихо вздохнул. Всё ли было в порядке? Нет, его новая жизнь рядом с Далисом пестрела яркими красками, о которых не могло и идти речи в «серые рабочие будни» до того… И всё-таки они до сих пор словно бы не пришли к окончательному решению.
Быть может, дело было в неоконченном расследовании. А может они не подходили друг другу и как ни старались притереться — всё равно расходились в стороны, будто полюса одного магнита.
Убийца медленно сел и потёр глаза, глядя на стекающие длинными полосами по стеклу дождевые капли. Фонфорт бросил в его сторону косой взгляд и уже собирался остановить машину на обочине, вынудив парня рассказать обо всём здесь и сейчас…
— Шаман предлагал мне отдаться ему в обмен на информацию.
Далис убрал руки от руля, чтобы автомобиль не вильнул в сторону, резко затормозил и взглянул на Веля.
— Ты сказал, что договорился о встрече, — мёртво произнёс владелец отеля.
— Прижал его к стене и потребовал выгодных мне условий, — убийца опустил глаза, — ты, конечно, хотел меня нанять в качестве ночной бабочки, но вообще-то моя профессия заключается немного в ином.
Стояла тишина.
По этой дороге вообще не ездили машины: никто не сигналил и не просил съехать на обочину, только тихий шум дождя проникал в салон сквозь закрытые окна.