Я часто давала ему почитать новые главы, которые написала.
— Боже, Лиззи, ты такая талантливая. Как твоей хорошенькой головке удаётся придумывать такие безумные вещи? — всегда хвалил он меня.
И каждую неделю он что-то отмечал со своими друзьями. Выходные. Дни рождения. Вечеринки на квартале. Пятницу. Всегда что-нибудь происходило, пока я сидела дома и писала.
Через две недели после первой встречи с Тоней, я пригласила Бэна на свидание.
— Мне бы не помешала компания, — сказала я, желая хоть раз побыть с ним наедине.
И вот так вот, в тот самый вечер Тоня смеялась с девушкой одного из его друзей, когда мы вошли в бар, где все собрались.
Среди десятков людей, в основном студентов, Тоня выделялась. Счастливая, уверенная в себе, такая непринуждённая. Я ей завидовала.
— Привет, Тоня, это Лиззи, — представил меня Бэн.
Не его девушка. Не его подружка. Просто Лиззи.
Она с улыбкой помахала мне рукой.
— Привет, Лиззи. Ты кажешься мне знакомой. Мы раньше не встречались?
— Я так не думаю, — пробормотала я, желая исчезнуть.
— Ты напоминаешь мне девочку из школы, когда мне было пятнадцать или около того. Она любила играть с огнём. Зацените, ребята, эта девочка…
Кровь застучала у меня в ушах, когда она начала рассказывать историю о пожаре в амбаре, но так небрежно, как будто это была какая-то бульварная сплетня.
— Ни за что!
— Охренеть!
Парни рассмеялись, а у меня кровь закипела в жилах.
— Сумасшествие, да? — Бэн подтолкнул меня локтем, не отрывая от неё взгляда.
Я, конечно, знала эту историю. Мою историю. Знала о парнях, о которых она говорила, и о расследовании, которое последовало за этим пожаром.
Вот тогда я по-настоящему почувствовала это – боль прошлого. Как будто наступила на битое стекло, осколки которого вонзаются в нежную плоть.
У меня было чувство, что это только начало кошмара.
Я просидела в баре час – сколько смогла, стараясь не встречаться с ней взглядом, смущённая тем, что нахожусь здесь, с Бэном, который едва замечал моё присутствие.
Сказав всем, что иду домой, я пошла в туалет. На выходе столкнулась с Тоней, которая преградила мне путь.
Какое-то мгновение мы стояли, глядя друг на друга, и это мгновение погрузило меня в прошлое, – в годы, проведённые в детском доме, трёх мальчиков и её слова: «Держись подальше от Брэндона. Поняла, мышонок?»
И это выплюнуло меня обратно, оставив дрожать от гнева.
— Чего ты хочешь от меня, Тоня? — прямо спросила я, страшась услышать ответ.
Она подняла руку и провела указательным пальцем по моим тёмным волосам, упавшим мне на лицо. Она делала это медленно, её жестокий взгляд блуждал по моему лицу.
— Я знаю, что ты сделала, милая Лиззи. Думаешь, тебе это сошло с рук? — сказала она и зловещая улыбка тронула её губы.
Я вздрогнула от её слов.
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— О, ты понимаешь. У меня есть доказательства. И я могу обратиться в полицию.
Она наклонилась так близко, что я почувствовала запах её духов и слабый аромат мятного лосьона. Её губы прижались к моим волосам.
— В любой момент. Будь осторожна, Лиззи, — прошептала она.
Эти слова заставили меня запаниковать, хотя я и не показала этого.
Я хотела сказать ей, что собиралась только напугать их. Что хотела, чтобы они пожалели о том, что сделали со мной. Но я определённо не могла сказать ей, что рада тому, как всё обернулось.
Теперь, когда все трое мертвы.
Я нервно расхаживаю по своей комнате, когда приходит ЭйДжей.