- Так то, когда было-то, сейчас ты у меня вон какой хороший. - женщина протянула руку и погладила его по голове.
У Тима аж зубы свело от этой наигранной ласки. Она его хвалила и любила ровно до первой оплошности. Двойка - плохо учил. Подрался - так сам же задира. Заболел - а нечего было без шапки ходить.
- Только татуировки эти твои все портят. Зачем ты себя изрисовал так? - грустно завела мать следующую шарманку.
- Чтобы хорошие девушки на меня не смотрели. - огрызнулся Тим.
Татуировки для Тима давно стали персональным наркотиком. Он хотел их на своем теле все больше и больше. В шестнадцать лет только сисястая девка с розами в хэллоуинском гриме на плече левом была. А потом пошло поехало. Бабочки, черепа, орлы и крылья, нож, розы. Каждый рисунок независим, но все вместе смотрятся органично. Все в одном, олдскульном, стиле. Когда место на руках кончилось Тим перешел на грудь, следующий этап - ребра и живот.
Отцу на увлечение сына было плевать, матери, собственно, тоже, но она все равно этим поддевала. Натура у нее такая, всегда надо влезть, куда не просят. Живет по принципу: я лучше всех все знаю. Собственно, потому-то ни на какой работе задержаться не может. Мало какой начальник потерпит, чтобы вчерашний стажер его жизни учил. Да ладно бы у нее еще мысли и идеи какие интересные были, а то так, бред, который и пьяному во сне не приснится.
- Как отец? - спросила Катя после долгих минут молчания.
- Скоро сама у него узнаешь. - снова рыкнул Тим.
С третьего раза Катя все-таки поняла, что сын говорить с ней не горит желанием и дальше до дома добирались в тишине. Припарковался он возле подъезда, поднял сумку в квартиру и был таков, мать только и успела спросить: а куда ты? Но он ничего не ответив захлопнул дверь.
***
Суббота у Аси прошла насыщенно. Утром, традиционно, они убирались с Лесей. Потом все вместе поехали в супермаркет за продуктами. Естественно по дороге зашла речь про сына маминой подруги.
- Как вы вчера с Женечкой погуляли? - мечтательно спросила Инна Андреевна.
Она уже наверняка выбрала себе платье на свадьбу дочери.
- Хорошо погуляли, мам. - не вдаваясь в подробности ответила Ася.
- О чем говорили? - не унималась родительница.
- О всяком. - раздраженно ответила девушка и демонстративно отвернулась в окно.
Но Инна Андреевна не унималась.
- Он тебе новую встречу предложил? На свидание позвал? - требовательно спросила мать.
Инна Андреевна отчетливо чувствовала, что дочь что-то недоговаривает. Видимо общение у нее с Женечкой не сложилось, наверное, опять опростоволосилась. Вырядилась она точно не по случаю, джинсы, футболка, а потом и вовсе спортивный костюм. Инна Андреевна очень хотела высказать ей, да не с руки было. Не будет же она при всех отчитывать дочь.
- Нет, не предложил и не позвал. - сквозь зубы ответила Ася.
Она уже знала, что сейчас начнется. Мать будет прочитать, что никуда не годная дочь даже составить компанию хорошему парню не может. За одежду обязательно выскажет. Конечно, будет фыркать, какой нормальный парень посмотрит если ты в мешках ходишь. Потом обязательно перейдет на тему увлечений. Конечно же Ася смотрит не те фильмы, слушает не ту музыку, читает не те книги, и вечно путает Мане с Моне. Но к счастью, не смотря на все мамино недовольство, Ася точно знала, что она ее любит. А все эти причитания списывала на излишнюю нервозмость и тревогу. Все-таки мама очень нежная натура и ей крайне важно, чтобы все было под контролем.
Собственно, как и отцу. Хотя Семен Сергеевич, конечно, гораздо строже к девочкам. Он никогда не причитал, он только излагал, как надо поступить. Любое неповиновение оборачивалось громким: я так сказал, мама тут же хваталась за сердце, начинала стонать, что ее доведут до инфаркта. Конечно же, ради спокойствия родителей, и Ася и Леся делали именно так, как они скажут. Так проще. И мечтали, как вылетят из гнезда, так сразу и заживут своей собственной, свободной жизнью.
В супермаркете управились быстро. Людей в субботний обед не так уж и много. Быстро наполнили тележку продуктами на неделю и пошли на кассу. Леська по пути расхныкалась, что хочет торт-мороженое, отец долго возмущался, мол октябрь месяц, какое мороженое, но сестра была непреклонна. Это она у матери научилась. Смотрела на родителя щенячьими глазами и он не мог устоять.
После магазина Ася поехала к дедушке. Она любила к нему ездить. Деда был всегда на ее стороне и если дочь, Инна, начинала внучку пилить, то резко обрывал ее. Бабушка умерла еще десять лет назад от онкологии, а деда был бодричком. Жил один и слушать ничего не хотел, о том, чтобы переехать в семью дочери или, на худой конец, сиделку ему нанять. Он сам готовил, сам убирал, сам за собой мыл и стирал. Всю свою жизнь пахал как черт, чтобы дочери дать образование и не зря старался. Инна выросла умницей, замуж удачно вышла, вот двух внучек родила. Только она иногда слишком уж палку перегибала с требовательностью и мнительностью, но это в бабку.