Пол сиял все воскресенье. Он купался в лучах славы большую часть своей жизни, но всякий раз, с каждым новым показом, с каждой новой коллекцией, эти лучи становились все ярче и ярче. Он по праву носил все свои титулы и получал признания высшей мировой моды.
После завершения финального дефиле Пола буквально разрывали журналисты. Он терпеливо, точно бог с грешниками, общался с журналистами различных изданий и телеканалов, рассказывая о деталях создания этой коллекции. Спустя некоторое время он окликнул меня, попросив подойти. Пол был не просто знаменитым кутюрье, он, прежде всего, был моим истинным другом. Я многим была обязана этому человеку, и касается это не только настоящего, но в особенности моего прошлого. С улыбкой на лице я подошла и поздравила друга с непревзойденным успехом.
— Знаешь, дорогая Алисия, эти ребята спросили у меня удивительную вещь, на которую я сам теряюсь ответить однозначно, — Пол развел руками, изображая истинное удивление самим собой.
— Вот уж не знала, что есть еще в мире удивительные вещи, которые способны приводить тебя в замешательство, — рассмеялась я перед камерой. Это был наш с Полом мини-спектакль.
— Ты права, и все же. Твои коллеги задали мне простой вопрос, почему вдруг мне пришло в голову изобразить величайшую похитительницу сердец и богиню порока одинокой вдовой? Я бы хотел выдать твое мнение за свое собственное, дорогая! — шутливо произнес Пол.
— Все для тебя, маэстро, — в той же непринужденной манере отвечала и я.
— Мисс Рейн, почему, на ваш взгляд, вам досталась эта роль?
— О, тут все проще, чем кажется, — отмахнулась я. — Пол Минг для мировой моды - Бог, а пути господни, как известно, неисповедимы.
Пол довольно рассмеялся. В этот момент к нам подошел еще один старый друг – Сноу Дог. Он забросил на наши с Полом плечи свои массивные руки, будто ему их больше некуда было деть, и пробасил:
— Ох, и умеет этот парень продавать себя.
— Так ты тоже попал под его божественное сияние? — подколола я, зная о личной неприязни этих двоих.
— Я? На кой черт мне кружевные трусики? — расхохотался Дог. — Но вот фото Алисии Рейн в них украсило бы мою гостиную.
— Дог, вы делаете официальное предложение маэстро? — интерес репортеров вырос в разы.
— О, я сожалею, если речь идет о снимке «Черная Королева», — вмешался Пол, а когда на него уставились несколько десятков недоумевающих взглядов, в том числе и наших с Догом, друг пояснил: — Данное фото уже продано.
Мы с Догом наигранно поохали на камеру, оборачивая все в шутку, на том и закончилось интервью.
После официального закрытия недели моды была устроена закрытая вечеринка на открытой веранде отеля. Народу пришло немерено, будто вход был не по заслугам, а по флаерам, которые раздавались у метро. Выпивка завозилась цистернами, вспышки прожекторов слепили глаза, музыка навязчиво лезла в голову. Если бы не внезапная апатия, я бы не смогла себя контролировать и точно бы напилась до чертиков.
Мы с Полом и Догом сидели у барной стойки, подальше от шумной двадцатилетней молодежи, и снова подняли тему с портретом.
— Малыш Полли, ты реально продал Алису? — возмутился Дог.
— Да, — будто ничего не было проще, ответил Пол. — А что в этом такого?
— Йо, ты должен был сначала спросить меня! — фыркнул репер.
— В следующий раз так и поступлю, если будешь вести себя прилично, — отмахнулся Пол, он весь вечер пребывал в праздничной эйфории.
— Кто тот покупатель? — настороженно спросила я.
— Алисия, с каких пор тебя волнуют подобные глупости? — дизайнер деланно вскинул брови к макушке.
— Такие глупости меня никогда не волновали, но очень любопытно узнать имя того, кто теперь будет дрочить на мой портрет! — бесцеремонно ответила я, почему-то чувствуя внутреннее… смятение?