— С учётом общего содержания вашей просьбы о встрече, я с радостью выкроила для вас местечко в расписании на это утро. Я полагаю, что мы получили ответ?
— Да, госпожа президент.
Монтро открыла тонкий портфель и извлекла пачку старомодных печатных документов. В пачке их было несколько, к каждому прилагался чип с соответствующей электронной копией, и все это Монтро выложила на кофейный столик.
— В основном, — продолжила она, — мы получили весьма благоприятный ответ по всем статьям. Это, — Монтро указала на один из документов, — личное письмо королевы Елизаветы к вам. Оно главным образом состоит из любезных выражений, однако она в особенности благодарит нас за заботу, которую наши люди проявляют к военнопленным, и за то, что мы освободили её кузину Мишель Хенке в качестве вашего курьера.
Вот это, — Монтро указала на документ потолще, — официальный ответ их МИДа на наше предложение, за подписью министра иностранных дел Лэнгтри. В нём довольно много дипломатической проформы, но сводится всё к тому, что они официально одобряют наше предложение о встрече и принимают предложение о приостановке военных действий начиная с момента через двадцать четыре часа после прибытия их ответа в Новый Париж и вплоть до завершения саммита. Я полагаю, что вы захотите сами ознакомиться с этим документом, тем более, что в нём есть несколько немного раздражённых пассажей. Боюсь, что большинство из них относятся к нашему решению начать операцию «Удар молнии» без формального объявления, однако, я полагаю, весьма существенно, что они не упоминают наш спор о том, кто и что сделал с официальной дипломатической перепиской.
Помимо этого, — немного другим тоном продолжила Монтро, — они ответили на наше предложение назначить нейтральную территорию для встречи.
— Как именно? — спросила Причарт, так как Монтро сделала паузу.
— Факел, госпожа президент, — ответила госсекретарь и Причарт, внезапно задумавшись, откинулась в кресле.
— Вы знаете, — произнесла она спустя несколько секунд, — мы действительно должны были сообразить сами. Это единственная нейтральная территория, где у нас у обоих есть контакты. — она внезапно рассмеялась. — Разумеется, предлагай я, я бы не рискнула предложить Факел. Я бы посчитала, что они не захотят подвергать своего обожаемого монарха риску пребывания по соседству с нашим психом на полставки, Каша.
— Так вы полагаете, что это место приемлемо? — спросила Монтро и Причарт склонила голову набок.
— А вы нет?
— Я думаю, что Факел расположен очень неудобно для нас, госпожа президент, — после небольшого колебания ответила госсекретарь. — Их делегация, благодаря своей и эревонской туннельным сетям может совершить путешествие меньше чем за неделю. А нашей делегации на полёт с Хевена потребуется месяц. И для того, чтобы наш ответ дошел до Мантикоры, а их подтверждение его получения вернулось обратно, нам понадобится три недели. То есть самый ранний срок, когда мы реально сможем сесть за стол переговоров, это почти два месяца, считая с сегодняшнего дня.
— Подобное временное ограничение является неотъемлемой частью любой мирной конференции, Лесли, — заметила Причарт. — Подготовка всегда занимает много времени и ради места, которое нам обоим подходит, стоит пойти на некоторое неудобство. Я полагаю, — она слегка улыбнулась, — что мы всегда можем попросить, чтобы манти гарантировали нам безопасный пролёт и провели «Хевен Один» через свою туннельную сеть. Это сэкономило бы нам примерно неделю.
— И, предложи я что-то в этом духе, Томас Тейсман расстреляет меня на рассвете, госпожа президент.
— Скорее всего нет, — не согласилась президент.
— Если вы не возражаете, госпожа президент, я бы предпочла это не выяснять.
— Полагаю, это разумно с вашей стороны. — Причарт ещё мгновенье сидела, разглядывая лицо госсекретаря, затем слегка нахмурилась. — Как бы то ни было, Лесли, мне кажется, что проблема со временем — не единственная проблема, которая вас заботит.
— Ну, — начала Монтро, затем сбилась. Она, казалось, испытывала неудобство, но затем вдохнула и начала снова.
— Госпожа президент, я должна признать, что несколько обеспокоена мыслью о Президенте Республики, принимающем участие в мирной конференции на планете, населённой почти исключительно освобождёнными генетическими рабами. Насколько я могу судить, по меньшей мере половина из них связана с Одюбон Баллрум, а их военный министр наверное самый известный террорист галактики. Также они являются монархией, и их королева — приёмная дочь одного из ведущих политиков Мантикоры и человека, раньше бывшего одним из лучших мантикорских шпионов. И этот человек по сути дела управляет разведкой Факела, а его помощница — племянница королевы Мантикоры.
Монтро покачала головой.
— Госпожа президент, я сомневаюсь, можно ли считать эту планету на самом деле «нейтральной территорией» и испытываю достаточно серьёзную обеспокоенность по поводу вашей личной безопасности на Факеле.
— Понимаю.
Причарт задумчиво откинулась в кресле, обдумывая сказанное Монтро. Затем пожала плечами.
— Я могу понять ваше беспокойство, — сказала она. — Тем не менее, я полагаю, что вы делаете ошибку, хоть и не самую неразумную, будучи не в состоянии осознать, что Факел — это нечто новое и уникальное. Да, королева Берри — дочь Антона Зилвицкого и Кэтрин Монтень. Однако родилась она не на Мантикоре, а на Старой Земле, и я вполне уверена, что она прежде всего верна своей новой планете и своим подданным. Я располагаю… некоторыми очень завуалированными контактами в правительстве Факела, которые весьма тщательно меня в этом отношении информируют.