Пена мешала насладиться полной близостью. Они плавно перебрались в спальню. Катались по кровати как сумасшедшие, даря друг другу поцелуи и удивляясь тому, как здесь мало места.
Влага с тел пропитала покрывало — игру в его перетягивание Дина проиграла. Саша отшвырнул его на пол и наслаждался, разглядывая каждый уголок ее тела.
— Ты безумно красивая!
Дина закрыла глаза:
— Сколько стоит комплимент?
— Кучу поцелуев!
— Бери. Я исполню любой твой каприз…
— Не такой уж я и капризный! Мне достаточно тебя!
Дине нравилось, как перед поцелуем он очерчивал языком контур ее губ — по телу мгновенно пробегало желание, собираясь и пульсируя в кончиках пальцев на руках и ногах.
Руки у Саши были нежные, с удивительно чуткими пальцами — он заранее знал, что она хочет, он был там, куда она только хотела его позвать, делал то, о чем только думала попросить. На теле не осталось ни одного уголка, до которого он еще не добрался. Хотя нет, так быстро она ему свои тайны не откроет!
Справиться с захлестнувшими ее чувствами Дина не могла. Она перекатывалась с живота на спину и обратно, подставляя под мужские руки и губы изгибы тела. Саша повторял каждый изгиб, проводя по нему горячей, влажной ладонью. Дина задыхалась от желания, но Саша еще не наигрался: ладонь остановилась в сантиметре от поясницы и отправилась в обратное путешествие к плечам. Дина попыталась столкнуть его руку вниз и перевернуться на спину.
— Не сейчас, — задержал он ее. — Лежи…
Она не привыкла быть дичью и забилась под тяжестью его тела. Саша почти распластал ее грудью на кровати, раскинув ее руки в стороны. Чтобы она не смогла двигаться, придавил ее ноги коленом. Теперь она не смогла бы ничего сделать, даже если бы захотела.
Он откинул ее волосы на подушку, дотянулся до шеи и провел пальцем, словно собирался казнить ее на гильотине. Не то поцелуй, не то укус заставил Дину охнуть. Внутри все напряглось и задрожало в ожидании нового нападения. Сашины руки оказались под ее грудью. Он лишь слегка сжимал и разжимал ладони, и она оказывалась у него в руках, испытывая невыносимое блаженство.
Зачем думать о женщинах, которым он дарил такие же ласки? Они были, и от этого никуда не деться. И у нее были воспоминания, от которых не спрятаться. Хотя бы в этом они похожи.
Измучив ласками, Саша позволил Дине перевернуться на спину. Она дрожала от нетерпения, из груди вырывалось хриплое дыхание. Если так продолжится, до финала она не выдержит. И скрыть желание от Саши не удастся — он контролировал каждое ее движение, каждый вздох. Она почти забыла, что значит заниматься любовью, а не просто сексом.
— Это нечестно! — выдохнула Дина.
Саша на мгновение перестал прокладывать дорожку из поцелуев от шеи до груди и ниже, к животу.
— Что нечестно?
— Почему ты можешь касаться меня, а я тебя нет? Я тоже хочу… Теперь моя очередь!
— Не люблю ходить в должниках, а я тебе должен за… раз… два… три раза! — подсчитал он, подкрепляя счет поцелуями.
Если бы ей в голову пришло считать его поцелуи, она сбилась бы на второй сотне. И каждый поцелуй не похож на предыдущий. Неужели так бывает? Она думала, что удивить ее чем-то в постели невозможно. Но у Саши получилось.
Коленом Саша мягко раздвинул ее бедра. Дина подалась всем телом навстречу, обхватила его спину и крепко прижала к себе. Это дежавю счастья, которое она однажды видела во сне. Тогда она не разглядела лица мужчины, но теперь поняла — это мог быть только Саша!
Подстраиваться друг под друга им не пришлось. Ни разу Саша не сделал ей больно или неприятно. Дина взмывала вместе с ним к облакам, стремглав падала вниз, чтобы снова подняться над всем, что перестало иметь значение.
ГЛАВА 20
ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ СКАЗКИ
Дина не знала, проснулась она или еще спит. Из сказки быстро не возвращаются. Слишком много остается там дорогого, близкого, без чего в этом мире жить уже не получится.
— Как ты?
Этот голос она тоже слышала в сказке.
Повернув голову, Дина уткнулась взглядом в серо-голубые глаза с затаенной в них хитринкой.
— Нормально…
Если так можно назвать то, что сейчас она переживала. Внутри пустота — не та, к которой она привыкла и которой боялась одинокими ночами. Новое чувство было сродни удовлетворению — она отдала все силы, эмоции, всю себя мужчине, которого любила, несмотря на все сомнения, запреты и невозможности.
Если бы она могла признаться в любви, сделала бы это немедленно!