Дина сопротивлялась, но оттолкнуть того, к кому притягивалось все ее существо, не могла.
— Саша, ты вымок и замерз! Иди домой к своей девушке… забыла ее имя. Надя… Да, Надежда. Она тебя согреет, полюбит, поймет, пожалеет…
Он отчаянно затряс мокрыми волосами, с которых полетели брызги.
— Это ты моя надежда!..
Слишком хорошо, чтобы быть правдой! Елей на мокрую голову и оглохшие от грозы уши.
Они прижались друг к другу, теперь между ними не смогла бы просочиться и капля дождя.
За спиной снова возник Ванька с открытым зонтиком:
— Дина Васильевна, может, зонтик вам дать? Дождь идет.
Зонтик им едва ли уже понадобится, но и мерзнуть под дождем дальше не стоило.
Ваня проводил их до подъезда и еще долго смотрел вслед. Почему он так смотрел, Дина поняла, увидев свое отражение в зеркальных стенах лифта.
— Неужели это я?.. Бедный Ваня, он теперь ночью не уснет.
— Потому что будет мне завидовать!
Саша прижался к ее спине. Дина прерывисто выдохнула. Глубоко внутри еще кружились остатки сомнения, похожие на клочки сажи. Но и они вскоре осели под градом поцелуев.
Она никак не могла отыскать в сумочке ключ. А когда отыскала, не могла попасть им в замочную скважину.
— Дай, я сам…
Дина набрала код на панели сигнализации, а Саша открыл замок, продолжая целовать ее. Как у него получилось сделать это одновременно? У нее не хватало рук, а у него все выходило с первого раза.
В холле Дина уронила мешавшую сумочку на пол — теперь между нею и Сашей ничего не осталось, кроме одежды.
На мгновение они оторвались от губ друг друга и убедились, что оба трясутся от холода. Дина кивнула в сторону ванной, Саша — в сторону спальни. В ванной согреться получится быстрее, а в спальне — удобнее, без ушибленных локтей и пены в носу и глазах.
Платье от Валентино никак не хотело покидать ее плеч, словно тоже замерзло и грелось о тело. Ладони Саши стянули бретельки. К груди потянулась дорожка из поцелуев.
— Ноги не держат!
Дина падала сначала ему на руки, а потом в тепло и мягкость подушек. Наконец мокрое белье было снято и отброшено в сторону. Дина притянула Сашу за плечи, заглянула глубоко в глаза и не давала пошевелиться, пока не нагляделась.
— Это на самом деле ты!.. И я снова могу пересчитать твои веснушки.
— У меня нет веснушек.
— Есть! Одна… Две… Три…
Поиск каждой веснушки она сопровождала поцелуем. Насчитала Дина их раза в два-три больше, чем было на самом деле. С лица веснушки «сходили» Саше на плечи, грудь, живот и спину.
— Ты уверена, что у меня на спине есть веснушки?
— Мне виднее, — Дина заставила его лечь на живот. — Ты не можешь видеть спину, а я могу.
— И там, разумеется, они тоже есть, — смеялся он.
— Сколько угодно!
Он тихо вздыхал под ее ласками. Дина чувствовала, как спадает напряжение с его плеч.
В сумочке, оставшейся на полу в холле, надрывался телефон. Наверняка звонила Ирина убедиться, что она благополучно добралась домой. Надо ее успокоить, иначе принесется и все испортит.
— Подождешь? Это Ирина. Если не ответить, она поднимет на ноги все спасательные службы. Я быстро!
Дина поцеловала Сашу и поспешила в холл.
— Слава богу! Где ты ходишь? — кричала в телефон потерявшая терпение Ирина. — Ты дома или нет?
— Дома.
Дина заглянула в комнату и убедилась, что Саша не мираж, не призрак бессонных ночей. Он здесь, рядом, и можно коснуться его, насладиться поцелуями и ласками.
— Дина… Я с тобой говорю или с кем? Ты слышишь?
— Честно? Не слышала ни слова.
— Я так и поняла. Что у тебя с голосом? Простудилась?
— Перецеловалась!
Ирина поняла ее с полуслова.
— Сашка?! Где ты его откопала?
Дина прислонилась спиной к стене:
— Ирка, отстань до завтра… Мне сейчас так хорошо, что ни с кем говорить не хочется. Даже с тобой.
— Без рассказа с подробностями ты потом не отделаешься.
Дина отключила телефон и улыбнулась, сама не зная, чему — песне в душе, любви, теплу или счастью.
Саша ее не дождался. Он согрелся и заснул в том положении, в котором она его оставила — на животе с поджатой рукой. Дина дотянулась до его пальцев, потрогала кончики — теплые. Внутри вспыхнуло желание, показалось, что эти кончики касаются ее груди. Но будить его было жалко. Пришлось лечь рядом, прижаться к плечу и просто мечтать. Но теперь мечты обрели реальные силуэты.
ГЛАВА 25
КОГДА ВСЕ ХОРОШО
С утра они почти поссорились — Саша отказался ехать на очередное сборище городского бомонда.
Дина намыливала ему волосы и смывала пену. Она всегда делала это сама, потому что ей очень нравились его волосы. Даже запретила Эдику коротко стричь его.