Задумалась над его словами. А ждет ли меня дома кто-нибудь? Я замужем уже десять лет, но можно ли нас назвать мужем и женой? После того, как я потеряла ребенка, больше забеременеть не смогла. Наши отношения со временем совсем охладели. Вернее, они вернулись в прежнее русло — брата и сестры.
С Ильей, моим супругом, мы воспитывались в одной семье. Мы не были приемными, нас просто взяли из детского дома на воспитание, однако не по доброте душевной, а исключительно ради денег. Кроме нас было еще пятеро детей разных возрастов. Росли все мы сами по себе. Когда исполнилось восемнадцать, для того, чтобы получить приличное жилье, мы с Ильей расписались. Так как-то и тянулось все, абы как.
Взяла телефон и просто написала смс о том, что у меня все в порядке. Кроме Ильи, решила написать и Семену, нашему такому же сводному брату. Нас троих взяли в семью в одно время, с тех пор мы и держимся друг за друга. Троим лучше, чем одному или вдвоем.
Ответка пришла сразу. Они просто написали: «ОК» и все. Ну и ладно.
Когда подняла голову, увидела, что все на меня смотрят, а особо одаренные даже не постеснялись заглянуть в телефон.
— Ну и как, интересно? — спросила я Тима, который сделал такой вид, словно не понимает, о чем я говорю.
— Может, кофе? — спросил парень в ответ. Я просто махнула головой и снова отвернулась к окну.
Зрелище завораживало. Кто-то еще что-то говорил, но я уже не обращала на них внимания. Страх внутри сковал и мешал дышать. Как бы мне ни было страшно, каждый раз невидимые силы тянули выйти на улицу и соединиться с природой. Только чудом я этого до сих пор не сделала.
— Санторина Рустамовна, — я почувствовала легкое прикосновение к моему плечу и посмотрела на Руслана. — Пошлите в столовую, мы уже стол накрыли. Кофе стынет.
Улыбнулась этому мальчику и пошла следом за ним. На столе, действительно, чего только не было. Он указал мне на стул и галантно отодвинул его, чтобы я села. Мужчины еще суетились возле плиты, и мне стало стыдно, что я сижу, ничего не делая, словно белоручка.
— Может быть, я помогу вам?
Они разом повернулись ко мне и улыбнулись.
— Не надо, мы сами. Сиди отдыхай, - проговорил Тим.
— Да я вроде как бы и не устала, — ведь и правда. Еще и выспалась, блин.
Руслан нагнулся и на ухо прошептал мне:
— Да пусть подсуетятся, не каждый же день у нас в гостях бывают красивые девушки. Если честно, я вообще не помню, чтобы они здесь когда-нибудь были.
Чуть не ляпнула про маму. Судя по всему, ее здесь нет, и они живут сами.
— Руслан, меньше болтай. Иди лучше зажги камин, ночью будет холодно, — отец на него посмотрел достаточно сердито, и мальчишка, без комментариев, встал и ушел в гостиную.
— Первый раз вижу, чтобы дети так слушались отца.
Мужчина удивился, но чувство гордости проскользнуло в его глазах.
— А твой отец? Разве ты к нему не так относишься? — его голос задрожал, но вопрос он договорил до конца.
Никогда не любила поднимать эту тему. Я не знала своих биологических родителей. Всегда считала, что они меня бросили, и я им не нужна. После небольшой заминки, вызванной таким резким вопросом, я все-таки ответила.
— Если бы он был похож на вас или вообще был, наверное, я его тоже любила бы.
В это время отец семейства открывал крышку кастрюли, которая после моих слов с грохотом упала на пол.
— Подожди. Я не понял. Как нет отца? — он искренне удивился и с нетерпением принялся ожидать от меня ответа, то и дело хрустя пальцами. Нервы?
— А как у детдомовских детей не бывает родителей? — спросила с легкой усмешкой.
— Дет…? Как? Ничего не понимаю. А мать? Почему детский дом? — он сел на соседний стул рядом со мной, забыв про ужин. Да что это с ним?
— Во-первых, как вас зовут? А то как-то не прилично находиться в доме и не знать, какое имя у его хозяина, — я попыталась как-то поумерить его пыл, да и самой следовало бы осмыслить подобное поведение.
— Ах, да. Извини, не подумал. Мурат, — и он протянул мне руку.
— Просто Мурат? А отчество? — вскинула бровь я.
— Нет отчества. У нас не положено. Просто Мурат.
— Ну хорошо. Тогда скажите, Мурат, почему у меня такое ощущение, что вы знаете, кто мои родители? — все же решилась задать вопрос, который так и вертелся на языке, не давая покоя.
— Ты копия Маргариты. Я даже не сомневаюсь, что ты ее дочь. Когда я видел ее в последний раз, она была на седьмом месяце беременности. А твой отец…
— Отец?