— Ты сказал, что она согласна. Вот только моя дочь совсем не выглядит счастливой невестой. Ты хоть понимаешь, чем тебе это грозит? — отец был резким и злым.
Рус промолчал, даже не пытаясь оправдаться или что-то объяснить.
— Пап!
Неизвестно, чего в тот момент мне хотелось больше: объяснить отцу, что Руслан не сделал мне ничего плохого, или узнать, что именно происходит.
— Санторина, у тебя есть семья. Хочешь ты этого или нет, но она у тебя есть. Мы никогда не дадим тебя в обиду. Хватит и прошлого раза. Тогда я не успел, но сейчас здесь.
В данный момент передо мной стоял властный и полный силы вожак стаи. Посмотрев на меня, он повернулся к Русу.
— Сейчас ты уйдёшь и больше никогда не вернёшься. Я не хочу видеть тебя рядом с моей дочерью.
Я понимала, что отец не хочет меня слушать, у него уже есть своё личное мнение.
— Он ни в чём не виноват! — меня раздражало, что мои слова не учитывались.
— Достаточно было твоего крика, который я услышал, идя сюда. Он привёл тебя насильно, и я ему этого с рук не спущу. Пусть уходит, пока не поздно, а иначе мне придётся убить его. В таком случае между нами снова завяжется война.
— Я никуда не уйду.
Руслан говорил уверенно и уже был готов к любому исходу.
Вот только я была не согласна с этим.
— Нет! Ты этого не сделаешь. Ты не тронешь его!
Я попыталась загородить Руса собой, но он придержал меня, оставляя на прежнем месте.
— Уходи, последний раз тебе говорю.
Отец больше не обращал на меня внимания.
Вокруг загорались маленькие огоньки. Нас окружила стая, обернувшаяся в волков. Их становилось всё больше и больше, а я крутила головой и не знала, что делать.
Ответ Руса прозвучал как гром среди ясного неба:
— НЕТ! Я НИКУДА ОТ НЕЁ НЕ УЙДУ!
Секунда — и два волка сцепились друг с другом. Я понимала, что у Руслана не было шансов. Отец убьёт его. Не он, так другой член стаи. На всех его точно не хватит. Что же делать? Если он погибнет, то как жить с этим?
Я громко стала кричать. Просила не трогать его. Просила остановиться, но меня никто не слышал. Если бы я смогла вернуть свою силу, то кинулась бы ему на помощь.
На моих глазах происходили страшные сцены, и у меня не оставалось выхода. Если умрёт Руслан, то какой смысл жить дальше? Я не смогу.
Пара мгновений — и я просто бросилась вперёд, чтобы заслонить его собой, готовясь к тому, что это последние секунды моей жизни. Когда меня оттолкнули прочь, не замечая, то сил подняться, почти не было. Но я встала, представила себе, что хочу сделать и в подходящий момент бросилась вперед. Почувствовав спиной мягкую шерсть, отключилась от сильной боли, которая пронзила мне грудь.
«Наконец-то всё закончилось», — мелькнула последняя мысль.
6.6
Как оказалось, рано обрадовалась. Когда пришла в себя, то мысли о «дежавю» испугали меня, и я открыла глаза. Передо мной снова стоял большой волк и вылизывал мне раны.
— Фу-у! Перестань! Хватит меня облизывать! — Я попыталась его оттолкнуть, но эта наглая морда даже не шевельнулась.
Зверь зарычал и придавил меня лапой к земле. Выход был лишь один, и я перешла к угрозам.
— Если ты ещё хоть раз меня лизнёшь, то я… — он удивлённо посмотрел на меня, ожидая ответа. А я, как назло, не могла придумать ничего подходящего.
— Не выйду за тебя замуж!
Решив пойти во банк, надеясь, что это Руслан.
Улыбнувшись, волк убрал лапу, а потом дотронулся до меня мокрым носом и вдохнул мой запах.
— Ну всё, всё. Можешь уже превращаться в человека, а то мне как-то не по себе.
Вместо ответа он лёг рядом и просто стал на меня смотреть, а я вдруг засомневалась. «Рус это или нет? Мне бы немного света, чтобы хорошо разглядеть его глаза», — прикинула про себя и, повернувшись на бок, попыталась рассмотреть оборотня.
На душе было неспокойно. Мне вспомнился тот день, когда я увидела его чуть живым. Когда подумала, что он умер. «Почему я с самого начала так по-особенному к нему относилась? Может, это что-то значит?» — задумалась я и не нашла ответа.
— Я сейчас приду, — поднявшись, направилась в сторону луны.
Впереди за деревьями виднелись проблески света, и с каждым шагом становилось светлее. Вскоре я вышла на поляну, усеянную мелкими цветами, которые раскрывались только при лунном свете.