Мои слова разозлили Мурата больше, чем я ожидала. Еще чуть-чуть, и у него пойдет дым из ноздрей.
— Он никогда отсюда не уйдет, потому что мы семья. Мы всегда будем жить вместе, потому что мы клан. И я сделаю все, чтобы защитить его от неприятностей и сохранить ему жизнь, потому что Я глава этого клана, а не ТЫ.
На последних словах он тыкнул в меня пальцем.
— Да я как-то и не претендую, — на фоне его нервов мои слова слышались слишком спокойно. И его, похоже, это злило.
— А ну пошли со мной, — он взял меня под руку и повел на второй этаж.
На пути его стал Тимур, не пропуская нас. Он пристально посмотрел на отца и тот присмирел. Даже я почувствовала себя неуютно.
— Мы просто поговорим, — Мурат чуть повысил голос, но агрессивность с его стороны прошла.
— Не доводи до греха, — ой, как мне не понравился тон Тима и его взгляд, которым он окатил своего папу. Мурат ослабил хватку. И только после этого Тим сделал шаг в сторону, и мы поднялись наверх. Как оказалось, в его кабинет.
— Садись. Нам нужно поговорить, и, честно говоря, я не в восторге от того, что должен сказать, — он замолчал, видимо, собираясь с мыслями. — Так как я самый старший здесь, а матери у тебя нет, значит, мне придется тебе объяснить все тонкости нашей жизни.
Надеюсь, разговор пойдет не о месячных. Мне вроде бы как поздно в двадцать восемь лет объяснять подобное. После десяти лет замужества… Даже теряюсь в мыслях. Что он может мне новенького сказать?
— В общем. Понимаешь, — я приподняла бровь, внимательно вслушиваясь в его слова, но он, как назло, замялся и не мог начать.
— Начните с главного, — решила его подбодрить, иначе мы тут надолго застрянем.
— Да. Ты права, — он глубоко вздохнул, будто бы в последний раз вбирая воздух в легкие, а потом сразу же выпалил: — Как ты понимаешь, мы не совсем люди. То есть на половину волки.
Сказать, что я удивилась, ничего не сказать. Я, оказывается, это знала. Но больше всего мне понравилось слово «Наполовину». Это как? Но перебивать его не стала. Плохая примета. Поэтому сидела тихо и слушала, делая вид, что понимаю, о чем идет речь.
— Мы самцы, не имеет значения, какого возраста, начиная от четырнадцати лет, когда у нас уже происходит половое созревание, тогда мы получаем возможность обращаться. В общем, мы остро чувствуем самку, которая в свое время еще никому не принадлежит. Ну вот как ты сейчас.
Я все-таки потихоньку начала вникать в суть дела. Как-никак фильмы смотрю, и что такое оборотень — знаю. Вот елки, он вроде не шутит. Говорит достаточно серьезно.
— Но есть у вас, у самок, такие дни. Как бы это объяснить? — он замешкался, подбирая слова.
— Месячные? — вот так и знала, что с ними все связано.
— Почти. Эти дни наступают после этих, месячных. Когда организм самки готов к оплодотворению и требует самца.
О боже! Хуже момента нельзя было придумать. Чужой взрослый мужик мне рассказывает о спаривании самцов и самок. Какое-то «В мире животных» получается. Я сразу почувствовала, как у меня загорелись щеки.
Так, стоп. Если он называет самцами всех присутствующих мужчин, намекая мне на то, что они могут превращаться в животных, а меня — самкой. Это что, я тоже волк?
Он увидел, что до меня начало доходить, но почему-то молчал. Значит, есть еще что-то, до чего я должна додуматься? Ладно. Рассуждаем логически.
Они волки, и я волк, в чем я, конечно, сомневаюсь. У меня бывают эти дни, и они об этом как-то догадываются.
— И как вы узнаете, когда у меня начинается этот период?
— По запаху, — и он сразу изменился в лице. Как-то страшно сразу стало. Но душу грели слова Тима, и, надеюсь, он до греха его доводить все же не будет.
Как бы я себя не успокаивала, но тело все равно сжалось от страха. Чувствовала себя Красной Шапочкой перед волком. Вот попала! Перед наполовину волком!
— По запаху, значит, — и настороженно посмотрела на него. Он медленно мне кивнул и уставился на меня своим пронзающим взглядом.
На что он мне еще намекает?
— Ну подскажите! Видите, не понимаю, — уже взорвалась от напряжения.
— Сегодня начался именно тот период, когда любой из нас готов порвать другого из-за тебя. Сейчас внутри нас очень тяжело сдерживать волка. Ты как красная тряпка для быка, — ой что же так кричать?
— Как все? И вы? — он кивнул. Я стала перебирать присутствующих. По пути поняла, почему Семен отослал свою пассию, и я ее сегодня больше не видела. Реакцию Тимура и Ильи при первой встрече. О боже, Руслан! Ему уже шестнадцать лет. Я настолько была в ужасе, что последнюю фразу еле выдавила из себя.