Та огляделась. До виллы Ричмонд оставалась примерно минута езды.
— Дела как дела. Ничего монументального вроде няни или контактных линз.
— Хорошо сказано! — засмеялась Джулия. — Ведь в самом деле, двадцать пять лет с окулярами — и вдруг линзы. Теперь уже и не понять, как я могла столько времени выносить очки. Вот разве что Хью их немного недостает… — Она вдруг смутилась, очень мило, по-девичьи.
Машина начала притормаживать.
— Ну что? Заглянем туда все вместе? — спросила Кейт у близнецов. — Джосс будет рада.
— Джосс! Джосс! — наперебой завопили Джордж и Эдвард, выгибаясь в своих ремнях. — Хотим Джосс!
— Но нам пора домой, — запротестовала Джулия. — Я жду сразу несколько важных звонков, и вообще…
— Джосс! Джосс!
— Ну хорошо, — уступила она и выключила мотор. — Минут на десять, не больше. Боже мой, как подумаю, сколько времени у меня появится с приходом Сэнди, просто дух захватывает! — Она улыбнулась Кейт. Без очков Джулия была неописуемо хорошенькая и юная. — Ну скажи, разве не славно, когда жизнь вдруг делает интересный и совершенно неожиданный поворот?
На вилле Ричмонд не оказалось не только Джосс, но и вообще никого — на кухне было пусто, в кабинете и наверху тоже, а искать в гостиной, куда никто не заглядывал месяцами, не было смысла (гостиная оживала только накануне Рождества с появлением елки и потому получила прозвище «актовый зал»). При более близком осмотре на кухонном столе обнаружилось две записки: одна была придавлена банкой из-под мармелада, другая — масленкой.
«Дорогая, — писал Джеймс, — у нас с Хью сегодня встреча с адвокатами. Дома буду где-то после шести. Надеюсь, приют тебя сегодня не слишком расстроил».
— Но ты ведь шла не из приюта, — заметила Джулия, заглянув в записку поверх плеча Кейт, — а совсем с другой стороны.
«Ушла в кино, — писала Джосс. — Вернусь очень поздно».
— Надо же, совсем из головы вон. — Кейт состроила близнецам виноватую гримасу. — Понимаете, Джосс собиралась в кино с мальчиком, а я забыла.
— Ого! — Джулия присвистнула. — Уже и мальчик есть.
— Да, американец. Очень воспитанный. Это ее первое свидание… кажется.
— Нет, вы только подумайте! Малышка Джосс — и вдруг мальчик. — Джулия окинула близнецов задумчивым взглядом. — Еще лет десять, и вы будете водить в кино девочек.
— А скоро она придет? — с надеждой полюбопытствовал Джордж.
— Нет, милый, еще очень не скоро, — вздохнула Кейт. — Как же я могла забыть? Может, хотите бисквит?
— Смотри-ка, вот еще записка за хлебницей. — Джулия подтолкнула листок к Кейт.
«Ушел чаевничать со старой Б.Б. Для такого пня, как я, это целое приключение. P.S. Вызвал такси».
— Леонард, — лаконично пояснила Кейт.
— А кто это, Б.Б.?
Кейт открыла дверцу шкафчика, сняла с верхней полки жестянку и подождала, пока Джордж и Эдвард выберут по бисквиту с начинкой. Только тогда, не слишком охотно, ответила на вопрос Джулии:
— Та самая Б.Б. Главное действующее лицо в новой передаче Хью.
— Ах вот как! Непревзойденная мисс Бачелор. Между прочим, я сгораю от желания с ней познакомиться. Какая она?
— Не знаю.
— Ты что же, никогда ее не видела?
— Нет.
— Как так?
— Не было случая.
— Там внутри что-то розовое, — с довольным видом сообщил Эдвард, откусив бисквит.
— Не слишком здоровая пища, — виновато сказала Кейт.
— Один раз не в счет, — отмахнулась Джулия, глядя по сторонам.
Невзирая на весь рабочий беспорядок, у кухни был запущенный, почти нежилой вид. Ей явно не уделялось должного внимания.
— Я думаю, Кейт, это здорово, что у тебя столько интересов, кроме домашнего очага, особенно теперь, когда каждый из домочадцев живет своей жизнью. Мне казалось, я уже шагу не ступлю в большой мир, так всю жизнь и буду счастлива ролью мамочки, но возник шанс — и как же приятно расправить крылья! Сейчас мне даже жаль женщин, которые забывают себя ради семьи, да и тебе, наверное, тоже. Вот, к примеру, как бы ты поступила, если бы почувствовала, что связана по рукам и ногам?
За ужином Джеймс пришел к заключению, что просто обязан вызвать Кейт на разговор и заставить ее взглянуть в лицо собственным проблемам. Он решил так потому, что, подавая на стол одно из своих прискорбных блюд, она имела совсем уж затравленный вид.
— Очень вкусно! — сказал он в попытке ее приободрить.
Леонард адресовал ему взгляд, полный отвращения к такой бессовестной лжи и к содержимому тарелок. Он был в особенно ехидном расположении духа после визита к Беатрис, где ему удалось серьезно расстроить Грейс замечанием насчет ее цветущего вида. Щедро поливая соусом чили рис, и без того уже полный карри, он сказал, что Джосс, наверное, сейчас насилуют на заднем сиденье машины посреди темной стоянки.