— Что? Кайши вернулся домой? Это он заставил тебя поддерживать фонари? Вы снова поссорились?
Очицуки слышит в ответ лишь сухой смешок и вспоминает, что Шимэ упоминал беспокойную парочку.
«Двенадцатый тоже где-то здесь?»
— Нет, — всё же удостаивает её ответа маг. — Он сегодня был таким тихим, что это даже странно... обычно от него ещё больше шума, чем от тех двоих...
Стоит голубоглазому упомянуть о них и жалобный крик разносится по соседним улицам:
— Брат! Брат!! Ты здесь?!
«Нои снова потерялся», — мысленно вздыхает девушка.
— Тогда я отправлюсь в горы, спасибо, Шимэ.
Девушка недолго ждёт ответа, но слышит лишь шорох пламени в фонарях и призывы откуда-то далеко. Развернувшись на каблуках, она спешит найти выход из города.
«В последнее время Шимэ такой отстранённый...» — с горечью заключает девятая.
Невольно перед глазами встаёт неполное собрание апостолов. Все вместе они не собирались, хоть того и требовало старое пророчество. Тогда присутствовали лишь первый, третий, пятый, она, шестой, седьмая, десятый и двенадцатый. Хаи рассказал им правду об апостолах, пророчестве и их цели. Некоторые из его слов до сих пор беспокоят девушку...
«Собравшиеся перед первым апостолы нервно переглядывались, гадая о мыслях, что терзали стоящих рядом собратьев по несчастью. Они не знали, что скажет им первый, но могли догадываться, что ничего хорошего. Один лишь Хаи выглядел напряжённым и сосредоточенным, пытаясь не поддаваться слиянию стольких разрушительных мелодий.
— Мне оставить вас наедине? — вежливо осведомился скрывающийся в тени кровопийца.
Не оставляя Хаи ни на миг, он напоминал верного пса и в то же время тлеющий плащ, едва накинутый на плечи первого. Седовласый задумчиво покачал головой.
— Я лишь хочу рассказать им правду и обсудить дальнейшие действия. Ты не услышишь ничего нового, — предоставив тени ответ, апостол заговорил: — Сперва хочу заметить, что помимо воли прошлого, нас объединяет одно и то же желание. И вопреки надеждам Шинда и богов, я хочу, чтобы в первую очередь мы стремились исполнить именно его.
«Желание?..»
Почувствовав укол боли, Очицуки и другие присутствующие нерешительно переглянулись.
— Даже если нас наделили Даром ради исправления своих ошибок сами боги, — продолжает первый, — мы не должны забывать, что мы живы здесь и сейчас. И мы все живём в этом мире со своими болью и надеждами. Ради нас самих, ради тех, кто нам дорог, давайте исполним пророчество и создадим мир, о котом мечтали...
Хаи тихо вздохнул, тоскуя по чему-то далёкому.
— Знаю, только я помню о прошлом и случившейся трагедии... И я доверяю вам события прошедших лет и чувства, что были оставлены нам ради будущего. Эта история не будет долгой. Послушайте её и поймёте причину, почему мир находится в таком положении...
И Хаи рассказал о безымянных, о чувствах, что связывали двух одиноких магов, об их несмелых мечтах, об их ошибках, недопонимании, вине и двенадцати некромантах, что последовали за ними в поисках лучшей жизни.
Чувствуя что-то странное внутри себя, апостолы едва нашли в себе силы выслушать первого до конца. Сомнения, одно за другим, начали прорастать в их израненных сердцах. Шимэ выглядел ошеломлённым, чем отличался от других апостолов, задумчивых, решительных или опечаленных. И Очицуки могла лишь догадываться, думал ли он тогда о Хире или о чём-то другом. Затхлый, наполненный морозом и дымом воздух тяжело проникал в лёгкие, отчего немного кружилась голова.
— Я слышу... сомнения... это было неизбежно, — Хаи внезапно нарушил молчание и запрокинул голову, словно пытаясь через потолок и крышу дома увидеть небо. — Их неудача... она не доказывает невозможность идеи безымянного. Тогда его планам помешала небесная искра. На этот раз мы не позволим Ордену встать на нашем пути. Во что бы то ни стало, мы найдём новых носителей чистых искр и защитим их. Но я должен вас предупредить...
— Одним из носителей чистой мёртвой искры может быть кто-то из нас, верно?
Токаге с мрачным выражением лица раскрыл ладонь, рассматривая линии на ней.
— Тогда... что с Прародителем... то есть безымянным? — уточнила Очицуки, беспокойно сжав край плаща.