— К-ха...
Резко выдохнув, желая выгнать из лёгких дразнящий запах гнили, Каран заходится в кашле, из-за чего пересохшее горло саднит лишь сильнее.
Этот сон преследует его почти каждую ночь с тех пор, как растаял снег. И после себя, наяву, оставляет ноющее чувство. Профессор не в силе дать ему определение.
«Возможно Он знает...»
Не успевает Каран сформировать мысль, как на лицо обрушивается атака мягких лап и тяжёлого тельца. Раздражённо схватив животное за шкирку и выбросив на пол, некромант поднимается и подходит к освещённому поминальным фонарём столу. Рука замирает над свёрнутым письмом с посланием от первого апостола. Каран получил его незадолго до начала кошмаров. И если бы они не стали тревожить, он не вспомнил бы о просьбе первого и не задавался бы сложными вопросами.
«Если он сказал правду... этот сон... воспоминание моей души из прошлой жизни или вроде того... И меч, получается, принадлежал тому же мне из прошлого...»
Почувствовав упадок сил, Каран хватается рукой за край стола. Он хотел получить ответы, но они превзошли ожидания. Становиться частью пророчества об изменении мира, жертвовать собой ради будущего и закончить так же, как он прошлый... кто в здравом уме подобного захочет.
— Но то, чего я хочу... я уже не уверен?..
Порывисто выдохнув, Каран медленно опускается на колени. Пальцы, сжимающие край стола, подрагивают от напряжения.
«Даже спустя четырёхсот с чем-то оборотов, ты ещё жаждешь сражаться? И ты, и те кто были тебе дороги, даже те кто были дороги им – они все мертвы. Так зачем тебе этот новый мир? Разве его так просто изменить? К чему всё это...»
— Нет... почему я думаю об этом?
Под горький выдох хозяина широх переминается с лапки на лапку и выглядывает из-за книжного шкафа. Можно было бы подумать, что в чёрных глазках теплится что-то вроде сочувствия, если бы только у искусственно созданного существа могла иметься душа. Пошатнувшись, мех на лапках семенит к магу и заглядывает тому в лицо. Ушедший глубоко в терзающие его мысли маг не замечает чужого присутствия. Не видит и того, как широх аккуратно трогает его лапкой. Подняв и положив лапку повыше, широх всё равно ничего не добивается и расстроенно вздыхает.
Внезапно замутнённый взгляд профессора проясняется.
— Точно... это единственное... ради кого-то, как он... возможно, только ради такого человека... больше причин ведь быть не может?
Обрывчатые воспоминания о пустоши, маге с травмой, кровопийце, кошмаре и письме круговертью проносятся перед глазами второго, сводя с ума. Чем глубже он задумывается над тем, что происходит, тем сильнее и невыносимее тревожит его это чувство.
— И что теперь?..
— Мьё-оу?
Широх подаёт голос в надежде завладеть вниманием хозяина. И получив направленный на себя взгляд, ложится на пушистый бок, словно вовсе и не добивался ничего такого. Лёжа смотря в аметистовые глаза, существо подцепляет когтём рукав их обладателя и дёргает хвостом.
Не зная, как реагировать, Каран отвлекается от навязчивых переживаний и слышит шаги в коридоре. С другой стороны комнаты до него доносится звук покрапывающего дождя. В Академии наступило обычное учебное утро.
«Есть ли у меня лекции сегодня?.. Ах да, я должен что-то сделать с энергией меча».
Окинув взглядом балующегося широха, второй стаскивает со стола письмо и сжимает его в руке, словно клочок мусора.
— Меня не волнует пророчество и Прародитель, и всё же Он единственная зацепка... Город Мёртвых огней не так уж далеко от того места...
Широх поворачивает мордочку в сторону двери и Каран следует его примеру. В комнату профессора заглядывает Арэна, на ходу завязывая волосы в хвост и не сразу замечая выбивающиеся из него пряди.
— Ах, норои! — возмущается девушка и замечает Карана, сидящего рядом с широхом на полу. — Так вот почему с самого утра у меня было плохое предчувствие! Не обижай его!
Забыв о криво завязанных волосах, девушка подбегает к широху и берёт его на руки. Из-под съехавшего рукава туники выглядывают недавние царапины.
— О чём ты подумала?
Каран поднимается и прячет письмо в кармане.