Так, отвлекая себя от посторонних шорохов и страха, Сэйна добирается до каменной поросшей травой арки, ведущей ни то в город, ни то в деревню. Но останавливается перед ней, боясь вступить на территорию чёрных магов.
«Хира и Шимэ отнеслись ко мне снисходительно... Поступят ли так же другие?»
Крепче сжав подол платья, Сэйна поджимает губы в нерешительности. Она голодна и устала с дороги, но всё ещё остаётся магом враждующего королевства, пусть и не представляет угрозы. Стоит придумать хоть что-нибудь, что поможет сгладить напряжённые отношения между ними. Только вот в голову ничего не приходит. Она так сильно погружается в себя, что не слышит раздающиеся позади голоса, пока один из них не обращается к ней:
— Смотрите-ка, кто-то потерялся.
— Похоже, у неё неприятности... хм, этот запах? Узнаю его!
Сэйна не успевает отреагировать, как её окружает группа магов в тёмных одеждах и рассматривает её, словно диковинную зверушку. Одна из подошедших девушек снимает что-то с её плеча и удивлённо выгибает брови:
— Да это же волчья шерсть! Говорила же, что почуяла их запах!
— Да? Невероятно, такая хрупкая девочка смогла пережить их нападение? Но мы обыскали всё в округе? Откуда ты?
В растерянности переводя взгляд с одного мага на другого, Сэйна и рада была бы ответить, но слова застревают в горле от интереса и дружелюбия, излучаемого врагами её королевства.
«Они ведь не могли не понять, кто я?»
Опустив взгляд, Сэйна с тоской осматривает испачканное в земле и крови разодранное белоснежное одеяние. Вспоминая произошедшее, целительница не сдерживает слёз, и они капают на её сжатые на подоле руки.
«Я... теперь отступница? Предательница? Что... что же мне теперь делать? Я... я должна помочь Хире, но что я могу для него сделать?»
— Я... мой друг... п-помогите...
Закрыв глаза и заплакав, Сэйна понимает, что больше не может сдерживать плещущуюся внутри боль. Отныне она и сама не лучше чёрных магов, если не хуже, ведь её Дар больше не представляет ничего полезного.
Без дома, без семьи, без друзей, кто она теперь?
Только что вернувшиеся с патруля маги недоумённо переглядываются. Среди чёрных магов едва ли встретишь такого, кто стал бы безутешно рыдать на глазах у других магов. Да и светлые волосы дают понять, что перед ними чужачка. Не то чтобы они настроены агрессивно против чужаков, просто понятия не имеют, как вести с себя со столь чувствительными людьми.
— Эмм... всё хорошо, пойдём с нами, — предпринимает попытку лидер группы, одобряюще сжимая дрожащее плечо. — Мы поможем тебе и твоему другу, хорошо?
Однако плачущая девушка не слышит этих слов, не чувствует прикосновения, слишком углубившись в свои переживания. Из-за призывающего помогать всем без исключения Дара, целители с рождения эмоциональны и чувствительны, с этим сложно совладать даже им самим.
Лишь спустя немного времени и не одну попытку подступиться, Сэйна чувствует себя опустошённой. Она позволяет себя куда-то отвести, всхлипывая по пути и несвязно бормоча о том, что ей нужна помощь. Уже не заботясь о том, кто перед ней, она умоляет дать ей немного еды, одежды и лекарств, совсем не ожидая, что маги предложат проводить её на случай, если волки вернутся.
— Знаешь, эти твари опаснее, чем кажется, — опустив голову на сплетённые пальцы, поясняет лидер разведывательной группы. — Ты обратила внимание на их шкуры? Чёрные, словно пустота, пропитавшая наши земли. Укусы этих тварей смертельны. А самое ужасное, что твари не умирают от простых ран. Они приходят в себя и продолжат охоту, даже если их кости переломаны, а плоть отваливается при каждом шаге. Только те, кто управляет мёртвой энергией или пустотой способны полностью умертвить их. Вам повезло, что смогли пережить встречу с ними. Твой друг... чёрный маг, верно? Почему ты оставила его одного?
Приведя потеряшку к ним домой, сперва командир мрачно наблюдал за тем, как она набросилась на предложенную еду. Видно, не ела день или два. Лишь затем решился вставить слово, но поздно понял, что сделал это зря. Потерявшая самообладание при виде еды девушка пришла в себя и заплакала.