— Первый... апостол... город Мёртвых огней... — задумчиво повторяет маг и переводит взгляд на Юхи. Прикрытый одеялом, с чистыми волосами и лицом, он выглядит весьма умиротворённо. — А что с Юхи? Дар больше не вредит ему...
Хаи поворачивается в сторону постели.
— Я не так хорошо контролирую мёртвую энергию, как Токаге, — сокрушённо признает он. — Было тяжело очистить органы от мёртвой энергии. Если бы не Кайши, полагаю, я бы не смог этого сделать... Сейчас он спит и восстанавливает силы, но его раны гораздо тяжелее твоих. Он не придёт в себя ближайшие несколько дней.
— Хорошо, — почувствовав облегчение, Конран опирается рукой о край стола и тяжело выдыхает. — Не знаю, как отблагодарить Вас за помощь. Признаться... я и не рассчитывал на что-то хорошее. Всё же я белый маг, бывший частью Ордена, и происхожу из рода Авэлэй, а Юхи и вовсе южанин, что в сговоре с инквизицией... Из-за меня у вас столько неприятностей...
— Ты всё такой же, каким я тебя помню, — слегка улыбается первый и неловко поправляется. — Точнее, каким тебя запомнил мой предшественник. Не волнуйся о таких мелочах. Ты и я связаны больше четырёхсот оборотов. Отдыхай. Яд поражённых тварей смертелен. Лишь благодаря мёртвой энергии ты смог пережить его попадание в кровь. Я попрошу Кайши сделать тебе лекарство.
— Не стоит, — удивлённо отмахивает Конран и садится на второе кресло, придвинутое к столу. — Я чувствую себя намного лучше. Хотя не отказался бы выпить воды... Значит, в этом городе живут апостолы? А где сейчас Токаге, Иназумо и Ака?
— Сожалею, сейчас они за пределами города, — качает головой седовласый и подносит флейту к губам.
Конран с интересом наблюдает за тем, как первый апостол наполняет флейту мёртвой энергией, однако не понимает зачем. Мелодия заканчивается достаточно быстро и Хаи вновь заходится кашлем. Конран подскакивает с места и помогает ему прийти в себя.
— Ты... используешь Дар с помощью флейты? — уточняет наследник рода лжецов и смотрит на бледные лучи, с интересом пытающиеся пробиться в комнату. — Неужели ты всю ночь играл, чтобы помочь Юхи? Я...
— Хаи, ты звал? — прерывает мага явившийся на зов некромант и, обогнув гостя, направляется к первому. Убедившись, что друг в порядке, он в изумлении вскидывает брови. — О, вижу четвёртый пришёл в себя. Меня зовут Кайши. Приятно увидеть ещё одного апостола в здравии. Почти.
«Почти?..»
Конран в растерянности отходит от некроманта, цвет волос которого напоминает переспелые сливы. Даже не искра, а инстинкты подсказывают ему отступить.
Когда он подошёл к чёрной стене, то подумал, что за ней живут некроманты и оттого там чувствуется несоизмеримое количество мёртвой энергии. Однако от одного лишь некроманта веет ею едва не как от самого Прародителя.
«Таковы... другие апостолы?..» — в растерянности понимает юноша.
Тем не менее от собеседника Кайши не чувствуется ничего от слова совсем. Да и его знакомые Токаге, Иназумо и Ака, хоть и до пробуждения, не истончали столь густой ауры.
Конран опускается в кресло и обдумывает произошедшее. Когда Кайши уходит, он поднимает взгляд на первого апостола.
— Кайши исключение, — с улыбкой поясняет Хаи. — Отнюдь не все некроманты в городе столь добродушны и разговорчивы. Но тебе нечего бояться. Никто здесь не обманет тебя и не предаст. Можешь оставаться здесь со своим другом сколько хочешь и просить о помощи, если она понадобится.
«Дружелюбны?» — мысленно одёргивает себя четвёртый. — «Похоже, первый не понял причину моего поведения... Оно и к лучшему».
— Эмм... я... премного благодарен за заботу, — по привычке Конран складывает знак лисички и склоняет голову в знак благодарности, лишь затем осознаёт, что собеседник ничего не видит. — На самом деле я просто... просто не знал, как поступить с вышедшим из-под контроля Даром Юхи. Это всё моя вина. Я втянул его во всё это... из-за меня...
Сбивчивое объяснение мага прерывает урчание в животе и Конран смущённо замолкает. Он не ел с тех пор как отправился на поиски южанина и даже точно не знает, сколько дней и ночей бежал от поражённых тварей.
Хаи задумчиво склоняет голову к плечу, словно обращая взгляд на южанина. Он не может его видеть, лишь коснуться и услышать мелодию его души. И даже сложив вместе рассказы остальных и собственные ощущения, всё ещё остаётся в замешательстве.