Мне надо срочно все разузнать.
Придя немного в себя, я осмотрелась. Куда же меня занесло? До меня дошло, что я была ближе к центру.
-Ого, я прошлась, -пробормотала про себя. -Легче теперь домой дойти, чем возвращаться.
Я с минуту подумала о таком варианте. Денис конечно же будет волноваться: я не вернулась и возможно где-то утопилась, но его девушка, я уверена, не даст ему впасть в отчаяние. А позже мы увидимся в университете.
А потом через некоторое время я смотрела на черный клатч с серебряными стяжками, припорошенный снегом. Он валялся на земле около главного входа дома. А по мелким царапинам, которые я разглядела, можно было догадаться, что мой клатч, твари, кинули через забор, а после он ударился о стену и скатился на крыльцо. Одиноко остался ждать хозяйку.
-Вот козлы, там же мой телефон, -разозлилась я, тут же проверяя электронику. Которая, как не удивительно, была разряжена. За три дня то…
-Хорошо, хотя бы вернули.
Достав ключи, войдя в теплое помещение я наткнулась на письмо. А точнее на два. Они ютились на полу разрозненно. Белые конверты так и просились в руку, но мне до чертиков не хотелось открывать и читать, боясь обнаружить что-то такое, что не выдержит мое слабое сердечко.
Но куда же деваться?
Чутье не подвело. Первое оказалось от органов внутренних дел Российской Федерации. Старший следователь Морозов И. “приглашал” меня в отдел №15. В общем и мягко говоря, у него имелись ко мне вопросы, а так как обнаружил мое отсутствие, ему достаточно, чтобы подумать о моем бегстве или, что мне есть что скрывать.
Начинается…
И стоило мне возвращаться? “Конечно, стоило”, возмутился внутренний голос, “не переезжать же бедному парню навечно, да к тому же рано или поздно этот вопрос надо решить”.
Совершенно неосознанная мысль чтобы жить с мужчиной вместе вызвала во мне неприятную дрожь. По спине пробежался колючий холодок. А может это из-за второго письма, которое я еще дольше вертела в руках, не желая его раскрывать?
Оно было без явных знаков, надписей кому и откуда. Но белый конверт выбил меня из колеи, остатки воздуха с шумом покинули легкие.
“Ты не убежишь от меня. Жди! А если захочешь кому-то пожаловаться, вспомни, на кого работала твоя мать”, было коротко. И не сложно было догадаться кому принадлежало столь теплое приветствие. Пара слов ровным красивым почерком расплылись перед глазами, смешались буквы, и только смысл остался.
У меня серьезные проблемы. И это так четко впечаталось в сознание, что аж дурно стало.
На кухне что-то звякнуло. Внутренняя дрожь тут же передалась рукам, легкий лист бумаги упал к ногам, а сердце поскакало галопом. Я боялась даже дышать. И пока я делала эти три шага до поворота я думала что просто задохнусь по собственной же глупости. На кухне не оказалось никого.
Я нахмурилась. Откуда же был звук? Может это просто чайные ложки в сервисе ударились друг о друга от сквозняка, пока я стояла в проеме?
Я понимала, что это мысль слабая отговорка трусости. Ведь сердце не успокоилось, оно больно стучало о ребра. Руки дрожали. И только дыхание медленно восстанавливалось. Собственный дом для меня крепость. Здесь со мной ничего не случится, успокаивала себя, когда наклонилась, чтобы наконец то убрать осколки разбитой чашки. А после вяло подумала, что не помешало бы заняться уборкой. Пыль торжественно блестела везде: на зеркальной полированной столешнице, на глянцевой двери графитового цвета холодильника, на полках, шкафах и особенно на темной плитке. На полу сладкая коричневая жижа тоже немало собрала добра.
В душе казалось, что в доме никто не жил будто лет этак десять. Тишина почему-то давила. В ней мерещились чьи-то шаги, чужое дыхание. Несмотря даже на то, что она собственно здесь привычна, как третий постоянный сожитель. Мы с мамой облюбовали дом вдвоем, но она была постоянно на работе, а у меня свои дела.
Ох, как же это было давно.
-Ты где была? -раздался сзади мужской бас.
Глва 5
-Ты где была? -раздался сзади мужской бас.
Я от неожиданности вскрикнула. Чужое дыхание в тишине мне вовсе не мерещилось. Мне просто стоило об этом задуматься, навострить слух и тогда быть может я бы среагировала быстрее. Теперь же этого не позволяла дрожь в ногах. Они вмиг стали ватными. Пришлось вцепиться за столешницу и постараться унять клокочущее сердце, больно бьющееся о ребра, выровнять дыхание.
Ну кто так делает? Разве что какой-то маньяк, подсказал внутренний едкий голос. Проник в дом, не постучав, незаметно подкрался сзади и не дав о себе знать чуть ли не выбил из меня дух своим откликом. И каким откликом! Сильно недовольным, даже рассерженным, как будто застал гулящую жену после очередной гулянки. Эта мысль почти что отрезвила, потому что я вмиг выровняла спину и наконец-то обернулась.