Меня всю трясет. Сердце грохочет в ушах, внутри все стягивается в один сплошной нерв, который только тронь, он просто взорвется и я не знаю чем это закончиться. Но знаю одно, что пошлить Вячеслав на этом не собирается останавливаться. Он таранил мою бедную технику сообщениями, которая готова была расплавится в моих руках, когда я читала откровенные мысли, написанные сгоряча.
Я сейчас чувствую тоже самое, готова расплавится под натиском его силы, его огня и безумия. Среди бела дня, на кухне, с абсолютно противоречащими чувствами? Весь мой опыт в сексе ограничивался постелью и то под одеялом, еще в темноте и по быстренькому. Черт, зачем сейчас вспоминать об этом?
Возвращение домой сулило проверку мою выдержку на все сто процентов. Всплывает образ того самого письма. Очень вовремя. Я буквально собираю себя заново, пока не распласталась вспоминаю на кого работала моя мать и если обвинения есть на нее, то почему ее начальник чистый, как банный лист?
-Вячеслав Андреевич, не надо, -прошу я, буквально выдыхаю в губы. Он настолько близко, что видны маленькие капилляры в белках.
-Бля…
Он с силой отталкивается, шумно вдыхает, стоит спиной и пятерней зарывается в волосы. Бугры мышц на спине под обтягивающей рубашкой при этом играют просто умопомрачительно. Заставляют задуматься, что я просто сошла с ума, если отталкиваю такого мужчину.
Но я моргаю, туман отступает, в голове немного проясняется. А главное мне стало намного легче дышать, понимаю, что воздух поступает с жадностью, со свистом. И мне жарко. Сдергиваю воротник пальто, открываю шею, прохожусь по ней холодными пальцами… Хорошо! Прохладно! Кайф!
-Аня… -выдыхает мужчина сипло, точно только что охрип. Если бы не смотрела на губы, возможно даже не услышала бы.
Он снова смотрит на меня свои тяжелым, немигающим взглядом. Пытается проникнуть внутрь. Чувствую жар в щеках. Я что покраснела? О, мать, я кажется вслух простонала… Вячеслав скидывается, сжимает челюсти.
Трель дверного звонка просто взрывает напряженную тишину, слишком ощутимо разрывает нашу зрительную связь. Мы оба вздрагиваем. Не знаю отчего мужчина, но мне сразу подумалось, что пришел отец. Если Вячеслав меня искал, то отец подавно, тем более после такого выступления - открытого унижения. Мне это на забудется.
-Ждешь кого? -холодно проговорил Вячеслав. Он был на пороге, ближе к двери, но не не дернулся. И тон был таким обвиняющим, что у меня снова дыхание захватило.
-Может и жду, -ответила вызывающе, чтобы выбить с него эти собственнические замашки.
После звонка, который остался без ответа, незваный гость решил оттарабанить дверь кулаком. Сильно и часто.
А мы стояли столбом, сверля друг друга взглядом. А еще, непонятный страх решил проснуться и ползти по венам, будто мне мало бьющегося сердца. И даже наличие такого амбала как Вячеслав не успокаивало сердечный ритм.
-Ты была не в доступе.
Он даже ни одной вопросительной нотки не выдал, но и так было понятно - это было обвинением. О Боже. Да как он смеет меня в чем-либо обвинять? Кто он? Кем приходится мне? С чего взял, что я принадлежу ему?
-Я знаю.
-Ты знаешь? И все? Это все, что ты можешь сказать?
-Вячеслав, я уже давно лишилась права кому-то отчитываться где и с кем я была. Я скажу вам даже больше, чем могли рассчитывать, я не собиралась так скоро возвращаться. Так что…
Я вздрогнула и замолчала.
-Продолжай, -тихо пророкотал он. Стоял, как прежде, руки в карманах брюк, с вздувшимися венами на руках, на шее, давил своим пристальным, неотрывным взглядом, заставлял глотать еще невысказанные слова, которые и так шли с трудом.
Почему мне становится не по себе, будто я в чем-то не права?
-А как вы так быстро здесь появились?
-Следил, -коротко обронил он. Быстро и честно. -Думаешь просто так? Ты, глупая, не понимаешь.