-Денис, знаешь, вот ты мне сразу понравился, -обрадовалась тетя.
А я уже не радовалась ее приезду. Вот, уже от слова совсем.
Слава продолжал молчать. Лишь сверлил мое лицо взглядом. Он вновь стал непроницаемым, тяжелым, непрерывным. Ни следа от прежнего довольного.
За спиной два предателя вовсю продолжили, теперь обсуждали что будут есть и что пить. Ира попросила показать ванную комнату. Денис, конечно же, не отказал. Ну, проныра, я с тобой еще поговорю.
И только мы молчали. Не такого вечера я ожидала. Ох, не такого. Только сейчас же нельзя оправдываться, мол, пошутила. Или взять свои слова назад и сразу дать гостям по комнате, желательно в разных концах дома.
Мне до глухого скрежета, до тугого жгута внутри не хотелось себе признаваться в том, что я ревную. Было бы к кому и было бы за что.
Короткое расстояние между нами Вячеслав преодолел в два шага.
-Значит ничего не было? -наконец произносит он.
И чтобы я провалилась, чем снова стерплю этот обвиняющий тон. Я еще от прошлого вопроса не очухалась.
-Знаете, Вячеслав Андреевич, это не вашего ума дело. У кого ночую и с кем я трахаюсь.
Каменное лицо оживилось, бровь приподнялась.
-Так значит?
На его губах заиграла улыбка, таинственная, немного с усмешкой, точно он мне ни на грамм не поверил. И даже, наоборот, что-то для себя уяснил.
И я то самое скоро узнаю.
Красной бутылочки, конечно, нам не хватило. Одну за другой мы опустошали и собирали в кучу, пока некто не предложил сыграть в бутылочку. А кто я уже не помню.
Глава 7
Как и обсуждалось ранее, мы заказали пиццу. Но при этом еще легкие салаты, не очень легкие куриные крылья, наггетсы, заодно колу и спрайт. И все в тройном размере. Это, наверное, Денис расстарался. Холостяк же, вот и питается всякой дрянью. Хотя, к концу внепланового загула даже Ира, следящая за фигурой, для кого и был заказан салат, перешла на крылья с жутко калорийной колой.
Заказ привезли через полчаса. К тому времени все были наготове к “пиру на весь мир” в последующем глупая и вообще тупая игра.
Ира по-хозяйски поднялась на второй этаж, выбрала себе комнату, переоделась и приняла легкий душ. От нее веяло гелью для кожи, который только немного, из-за своей свежести наверное, перекрывал приятный аромат духов. Я его пыталась словить, точно солнечного зайчика, который раз за разом от меня ускользал и я грустила. Примерно такими же пользовалась мама.
Я тоже оделась, причесалась, сделала что-то отдаленно похожее на укладку. Хотя, признаюсь, было сложно: руки затекли, я вся вспотела, покраснела и несколько раз хотела просто плюнуть на все это дело. Ну для кого вся эта возня? Сейчас бы я с большим удовольствием лежала бы и продолжила спать.
По коридору доносились голоса. Я каждый раз вздрагивала. А вдруг ко мне зайдут? Нет, не просто зайдут. Я боялась, что в моей комнате окажется Он. Сколько бы раз он не был в гостях, мою комнату он избегал как единственное место, словно сам чего-то боялся.
Я хмыкнула. Такой глупости Вячеслав точно не боялся. До сих пор под закрытыми веками проскальзывала картина подвешенного парня с легкостью, без особых усилий, как будто не он самый весил прилично. Какая же злость должна была руководить той рукой?
В общем я вся цвела и пахла. Взглянула в ростовое зеркало и одобрительно хмыкнула. Первым делом выдохнула. Быть в одном халате без белья на теле оказалось невыносимо. Бедра то и дело прижимались друг к другу, пытаясь спрятать, казалось, невидимое. Да и ощущение наготы, несмотря на наличие халата, преследовало вплоть до того момента, как я закрылась в комнате. До последнего спина ощущала цепкий взгляд, который обжигал, заставлял не забывать об отсутствии белья.
Внизу стояла суета. Это кулинарили, то есть расставляли еду по тарелкам, моя родственница с парнем, у которого просто неубиваемый энтузиазм.
«Але, ты сервируешь стол для того, который совсем недавно тебя душил!»
Но Денис, очевидно, его быстро простил в знак мужской солидарности. Меня же спасали…
Он, впрочем, был уже одет. Даже футболку напялил.
-Так что было с твоей одеждой? -небрежно обронил Вячеслав, словно это вовсе ему не интересно.