Хорошо, что руки были свободными. Они бы точно что-то уронили. Сзади незаметно подкрался хищник, навис над головой и утробно зарычал, когда я вздрогнула и хотела дернуться в сторону.
-Ты ласкаешь себя, представляя меня, но шарахаешься.
Он недовольно процедил. Это был даже не вопрос.
-Ты ошибся…
-Хочешь сказать, что меня глаза обманывают?
-Именно так.
-Что ты не ты возбудилась? Что не потекла? Что твои пальчики не залезали в трусы? Что ты не хотела, чтобы этого делал я?
-Да, -выдохнула я и сама не поняла, что хотела этим сказать.
-Малышка, ты уже дрожишь, а я даже тебя не трогал. А что будет если…
Он поднял руку, костяшками пальцев прошелся по позвонкам и собрал низкий хвост в свой кулак. Потянул. Моя голова опрокинулась на его плечо и он увидел, как сильно шевелиться моя грудная клетка. В ней билась точно пойманная в силки птица.
-Аня, -он потянул мягкую ткань, обнажая плечо, легонько дунул.
Толпа мурашек тут же пробежалась по коже, вслед за дыханием .
Поцеловал обнаженную кожу. И сам же вздрогнул. Волосы в его руке чуть сильнее стянулись, заставляя запрокинуть голову сильнее, предоставляя больше места для коротких поцелуев.
Его губы были жесткими и нежными одновременно. Они впивались кожу, точно укус, оставляя красные следы, которые отражались в моем горле сладкими стонами, но затем горячий язык нежно вылизывал горящее место.
Просто невероятный контраст. Хотелось обернуться и зло шипеть от боли, но тут же, услышав собственный тихий стон, выдохнуть “еще”.
Я дрожала. Как тоненький сухой листик перед неумолимой вьюгой. Как пойманный трусливый заяц перед голодным волком. Как последняя дрянь, запавшая на красоту и харизму эгоистичного мужчины. Того, кто открыто сказал чего хочет и ничего больше…
Поцелуи продолжались. Укусы дошли до мочки уха. Влажные губы обхватили мягкую плоть, всосали в рот и игриво укусили. Совсем не больно. Но по мне точно прошелся ток. Возбуждение поднялось удушливой волной. Я закашлялась.
Наверное, это был какой-то знак. Вячеслав развернул меня одним движением и впился в губы жадным поцелуем. Навис, вжимая тело в свое. Остро, сладко, горячо.
А может поддаться желанию? Возникла шальная мысль. Обнять за шею, ответить так сладко, как хочется и подняться на второй этаж. Там в постели и закончить наш ночной разговор. Раскрыть свои ножки, впустить наглого горячего, слишком возбужденного и стонать как можно громче. О, что Вячеславу нравятся звуки из моего горла, я не сомневалась.
Его рука как раз гладила мою шею, точно котенка.
-Бл**
Не заметила, как ногтями прохожусь по напряженной спине. Как отвечаю на поцелуй. Как впускаю его язык, ловлю его, пытаюсь поймать ритм. Но его нет…
Мне хорошо.
Вячеслав вздрагивал точно так же, как я. Терзал мои губы нещадно, исследовал рот так горячо, делился своим дыханием со вкусом мяты, не давал мне задохнуться.
А во мне росло напряжение не хуже бомбы. Оно грозило взорвать все условности, сомнения, вопросы, устоявшиеся порядки и ценности.
Ну и что что взрослый? Никто и не узнает.
Ну и что, что имеет меня просто потому что захотел?
Да, его язык в совершенстве владел техникой поцелуя. И не одной. И эта схема ярко выражена рвущимися наружу рыком, стонами, трепетом нервных окончаний. Пальчики ног буквально онемели, вытянулись.
Я может его тоже поимею и брошу…
Внутри я знала, что ищу себе оправдание. Потому что слово “иметь” вполне гармонирует с именем Вячеслав. Он в этом деле ас.
Неужели я отдамся прямо на столе? Настолько возбудилась, что готова распрощаться со своей невинностью в грязном халате, в комнате в которую могут войти в любой момент, средь бела дня и главное кому? Цинику? Эгоисту?
Я сошла с ума!!
В себя пришла уже в объятиях мужчины, чьи руки были на моих бедрах, который пахом терся о мои трусики. Я оседлала его и сама отвечала на ласки.
-Я их сейчас порву, -вычленила я сквозь шум в ушах голос мужчины и меня как водой окатили.