В итоге я дала усадить себя в машину. Вячеслав садится рядом и первым делом включает обогреватель на всю мощность. Через несколько минут понимаю, что зубы продолжают стучать друг об друга. Кажется, вовсе не от холода и не от услышанной информации - я просто не поверила, моя мать честный бухгалтер-, а кажется, из-за того, что снова позволила собой командовать.
Вспоминаю, почему не рассказала о таких вот моментах матери. Не из-за того, что боялась разбить их дружеские и рабочие отношения.
Как-то после ужина в честь прошедшего моего двадцать первого дня рождения, мама куда-то отошла. А Вячеслав, использовал момент и убил приличное расстояние между нами так быстро, будто ждал этого весь вечер, не боясь моего отказа или присутствия мамы, нагло намотал на палец локон волос, поднес его к носу и через доли секунды выпалил: «Ты меня с ума сводишь, Аня».
Я чувствовала его дыхание на лице, смотрела в темно голубые глаза и впервые увидела тот огонь, который в будущем вспыхивал каждый раз, стоит Вячеславу посмотреть на меня. И не почувствовала отторжения. Нет, этот мужчина чертовски привлекателен, на него оборачиваются на улицах и вслед вздыхают девушки. Я просто испугалась. Испугалась влюбиться в него, потерять голову, стерпеть насмешки и шепотки, всякие сплетни и предрассудки и все зазря. Ведь они точно будут. Наивная девчонка влюбилась в видного деятеля, самого желанного холостяка города, в эгоиста, циника, холодного и жестокого айсберга, который поиспользует и бросит. Как пить дать.
Моя первая любовь не должна быть похожа на разменную монету, не хочу ее подарить безнадежному человеку, который ищет лишь тепло и ласку тела. Мне нужен весь спектр чувств.
И я не знаю, может ли его дать тридцатидвухлетний мужчина.
-Что вы делаете? -тихо пропищала.
-Хотел это сделать не представляешь как долго.
Не успеваю вновь поразится ответу, как к шее присасываются мягкие влажные губы, руки скользят по талии, сжимают в тело напротив.
Беззвучный стон срывается из горла. Я даже представить себе боялась, что может вытворять этот мужчина своим языком, если одними губами у шеи подарил больше удовольствия, чем парни с университета, с которыми было от силы парочка свиданий.
В тишине комнаты мое сердце билось набатом, кровь ударила в виски.
-В следующий раз ты сама попросишь себя поцеловать. И ещё, ты никому ничего скажешь.
И я правда никому не сказала. Хотя после парочки слишком наглых и собственнических трюков очень хотелось послать и поставить наглеца на своё место.
И каждый раз съедала себя изнутри как сейчас, сидя в машине, в чью сторону не хотела даже смотреть.
-Куда мы едем? -задалась я вопросом.
-Ко мне, -просто ответил Вячеслав.
-Я хочу домой, -прошептала я, глядя перед собой бездумно. Не осталось сил больше ни на что.
-Пожалуйста, -повторила я.
Щекой почувствовала, как мужчина обернулся и рассмотрел меня почти как в первый раз, тяжело, вдумчиво, вздохнул и резко крутанул руль.
Оставшись одна, я поднялась на второй этаж, по пути замечая утренний беспорядок на кухне. Пусть! Потом уберусь.
Вся жизнь рухнула в один момент и хоть бы одного это задело. Все эти три дня никто не звонил, не интересовался мной и не соболезновал. Ну и пусть, так даже лучше.
Но стоило задаться вопросом. Почему? Я это узнаю позже и сильно удивлюсь, а пока, в своем горе я была полностью отдана себе. Только раз в день приходил курьер, еду привозил. Пакеты, полные разных готовых обедов собирались на кухне стопочкой.
Как раз на третий день, курьер не церемонясь сам вошел в кухню, якобы мне помочь, и увидел те самые пакеты, еще не раскрытые и немного пахнущие, а еще липкую жижу на полу, и меня грязную и лохматую, смотрящую на это все с безразличием. Ну и что, что чужой человек увидел бардак? Ничего криминального не случится.
Но этот незнакомый все внимательно оглядел, нашел чистое место и положил свой пакет, чтобы достать с кармана телефон и откровенно на меня донести.