Мне показалось или он просто нервничал?
Но…
-Ну? Как? -в нетерпении отец аж дергал ногой.
-Минуту… еще пару секунд… -в задумчивости протянул этот юрист.
Я сама не могла понять, мне то что переживать. Ну теперь то уж точно поздно.
-Готово. Вот этот документ надо подписать вам, Андрей. Что вы согласны принять наследство, обязуетесь сохранить, принимаете все права по всем транзакциям и внешним счетам, все обязательства по нынешним долговым рассрочкам и кредитам.
Он протянул лист отцу, который тут же ухватился за него и не читая, тут же подписал.
-А второй, вот этот, что отказываетесь от живой и здоровой Анны Литвиновой. Что не имеете власти над ней и каких-либо других прав.
Андрей лишь на миг бросил на меня взгляд и подписал. Вот так он легко и просто обрубил концы. И меня словно нет, словно и не было…
-А это, Анна, надо подписать вам.
Я мотнула головой.
-Не буду я ничего подписывать…
Да, я уперлась, несмотря на то, что раннее кричала, пусть все забирает. Ну на самом то деле, зачем это дело кому-то облегчать? Мне кто поможет?
-Анна, вам лучше… -начал было Юрий, но его грубо перебил отец.
-Подпишешь, родная, и не только это.
Та самая улыбка вновь наползла на его лицо. Зловещая, не обещающая мне ничего хорошего. Нутром чувствовала, Андрей что-то задумал и это касается не только моей подписи на белой бумаге.
А чтобы я поняла быстрее и лучше, что спорить лучше не надо, Андрей навис надо мной. Точно так же, как тогда..
Перед глазами встала та самая сцена, когда мама ползала на коленях перед мужчиной и умоляла его, клялась, молилась… Как будто перед ней стояло божество. В ее глазах может так оно и было, пока это самое “божество” не начало периодически прикладывать руки к бутылке, а потом и к ее голове. Тяжелой рукой. Или ногой.
Я только сейчас, будучи взрослой, понимала суть тех слов. Что я его! Что дочь ему родная!
Я сглотнула. И поняла. Не надо с ним спорить.
-Я прочитаю перед тем как…
-Да валяй, только побыстрее.
Да если бы. Я про себя чертыхнулась. Если бы руки не дрожали, да глаза понимали буквы, построенные в длинные и сложные словесные предложения.
-Черт с вами…
Махнула я рукой и подписала.
-Я уверен, что вы сделали правильный выбор, Анна.
И Юрий наконец посмотрел на меня открыто, не таясь и не скрываясь. Будто он боялся этого момента, а сейчас они скинул этот страх. И что-то знакомое пробежало внутри. В его глазах я прочитала столько много всего, что я растерялась. Откуда там уважение и вина? Разве он не в доле с отцом? А как объяснить сожаление?
В комнате раздался хлопок. Это бутылка шампанского открылась. Но прежде чем его распить, в голову маньяка пролезла еще одна мысль.
-Дорогая, ты свободна.
-Как? -я даже рот открыла. Все так просто?
Хотя, что мне надо было ждать? Все же получил, как хотел, гад такой склизкий, вот отпускает на все четыре стороны.
-Но… -он сделал театральную паузу. -Но ты подпишешь еще одну и тогда можешь идти.
-Но, Андрей, мы с вами так не договаривались, -возмутился Юрий Иванович.
-А как вы договаривались?
-Если ты без претензий все подпишешь и передашь все сбережения семьи, то мы не будет лишать вас свободы.
Он виновато пожал плечами и как-то посмотрела вверх зло. Там стоял отец, которому все нипочем.
-Я так решил и точка. Есть большой риск, что она передумает. А тогда кто знает, кто будет ей в этом помогать, кому она даст ради этого…
Отец полыхал решимостью. А у меня даже сидя задрожали коленки. Смотрела в оба глаза не моргая и размышляла, что же еще от меня хотят?
-Решили молодую девушку в психушку запихнуть? И как скажите это поможет вам? К
Очень было странно слышать “вам” с тем презрением, что сквозило в голосе.
Стоп! Что? В психушку?
Меня?