— Ничуть. Она столь же хитра и изворотлива.
— Это тебе так кажется из-за ваших дамских конфликтов.
Пенни надула губы, а Энтони весело рассмеялся, бросив на стол завещание.
— Что ж, — сказал он. — Если эта бумага не имеет силы, то она по крайней мере станет настоящим украшением музея. Кстати, а не поможет ли нам Клэрис?
— Клэрис? — недовольно поморщилась Пенелопа.
— Или она, на твой взгляд, слишком молода? И ты боишься конкуренции?
— Я ничего не боюсь, — ответила Пенни, подходя к Рэмзи и прижимаясь к его груди. — Человек, которого я люблю, так же стар и надежен, как эти документы.
— Ага! — засмеялся О'Киф, обнимая ее. — Я одержал еще одну победу!
Пенелопа попыталась высвободиться из его рук, но у нее ничего не вышло. И она всем своим существом ответила на его пылкий поцелуй, даже не заметив, как Энтони тихо вышел из комнаты.
— Я пойду вместе с тобой, — негромко произнесла, Пении.
— Нет, ты останешься дома, — строго возразил Рэмзи. — Эта история началась еще двести лет назад, и завершить ее должен тот, кто так же стар, как она.
Пенелопа внимательно посмотрела О'Кифу в глаза и решила смириться. Тем более что его суровая непреклонность не оставляла ей другого выбора. ***
Секретарша провела Рэмзи в библиотеку. И как только дверь за ней закрылась, он не спеша обошел всю комнату, отмечая те изменения, которые произошли в интерьере за многие годы, миновавшие с тех пор, как он последний раз был здесь. О'Киф с радостью взирал на знакомые ему полированные стеллажи и перегородки и с неудовольствием — на новый камин, окна и мебель. Они были чужды ему, несмотря на то что, стилизованные.под старину, искусно прикидывались старинными приятелями.
Дверь распахнулась, и в комнату вошел невысокий, хорошо одетый человек. Словно не замечая своего гостя, он принялся деловито перебирать бумаги на столе, перекладывать карандаши и вдруг резко поднял глаза. Рэмзи встретил пристальный, холодный, как лезвие, взгляд врага.
— Меня зовут Рэмзи О'Киф, — представился он. — В настоящее время я владею судостроительной компанией Блэквеллов.
— Знаю, — сухо ответил хозяин, внимательно оглядывая его с ног до головы. — Что тебе нужно?
— Только то, что принадлежит мне по праву, — сказал О'Киф и бросил на стол завещание. Фэлон быстро просмотрел бумагу и вернул ее гостю. — Дом и прилегающие к нему земли должны вернуться к семье Блэквеллов.
— Не слишком ли нахальное заявление для человека без прошлого? Ведь ты никто, всего лишь любовник кинозвезды, и не можешь притязать на чужое имущество. А все Блэквеллы уже давно мертвы.
Рэмзи не решился упомянуть о приезде Александра, опасаясь за жизнь старика.
— Я предлагаю выкупить дом, — сказал он, зная, что это любимая тема общения для Ротмера. — И не собираюсь действовать противозаконно.
— Не согласен. Этот дом принадлежит мне.
Интонация в его голосе напомнила О'Кифу Филипа, и это еще больше разозлило Рэмзи.
— Поместье никогда не принадлежало тебе по праву, — холодно произнес он, окинув собеседника злобным взглядом. — Ты украл его. И сами Блэквеллы из могилы свидетельствуют об этом.
Он бросил на стол копию найденной им приписки к завещанию. И Фэлон, взяв ее в руки, принялся внимательно изучать каждую строчку старинного текста. Чем дальше он читал, тем мрачнее становилось его лицо.
— Это ничего не меняет, — произнес он, с деланной небрежностью положив документ обратно. — Я так затяну судебное разбирательство, что ты отправишься вслед за Блэквеллами, прежде чем добьешься своего.
— Ты слишком самоуверен, и это вредит тебе, — ответил О'Киф, пряча в карман приписку. — Вряд ли ты останешься в этом доме, если узнают о твоем участии в похищении ребенка.
Ротмер усмехнулся и, ничего не сказав, стал небрежно постукивать карандашом по поверхности стола, внимательно всматриваясь в лицо гостя. Он был почти уверен, что у этого человека есть необходимые ему бриллианты. Но чтобы узнать это наверняка, нужно расспросить ювелира, у которого данный нахальный субъект оценил камень. А Фэлон не хотел привлекать излишнее внимание к этому делу, — Разобраться в том, что произошло двадцать пять лет назад, почти невозможно, — наконец произнес он. — И что же ты знаешь об этом?
Рэмзи хитро улыбнулся и, как бы между прочим, посмотрел на большую старинную картину, висевшую над столом, а затем спокойно, словно никуда не торопясь, перевел свой взгляд на Ротмера.
— Мне известно все и о похищении, и о наследстве, — медленно выговорил он и увидел, как побледнело лицо хозяина. — Вот уже двести лет Ротмеры сосут кровь Блэквеллов.
Он резко повернулся и вышел из комнаты, столкнувшись в дверях со стройной белокурой девушкой. Увидев ее, Рэмзи вздрогнул и, оглядев с ног до головы, небрежно поклонился, проходя в коридор.
— Кто это? — спросила Слоун, закрывая за собой дверь.
— Неприятности, — ответил Фэлон, нервно прохаживаясь из угла в угол. Остановившись, он взглянул на телефон и махнул в его сторону рукой. — Звони.
Стоя на пороге кабинета, Пенелопа молча смотрела на Рэмзи. Тот сидел тихо, слегка согнувшись, словно вся тяжесть мира лежала на его плечах. Облокотившись на стол и положив голову на ладони, он кончиками пальцев теребил пряди своих волос. И Пенни чувствовала, что молчание все больше и больше тяготит ее.
— Ты что-то стал слишком молчалив с тех пор, как мы уехали с пристани, — сказала она.
Он вздрогнул, освобождаясь от тягостной задумчивости, и лицо его просветлело. С улыбкой откинувшись на спинку стула, Рэмзи призывно протянул руки, и Пенелопа, подойдя, села к нему на колени, обняв рукой крепкую шею. О'Киф приблизил свои губы к ее губам, жаркий поцелуй вновь зажег в их сердцах тлеющий огонь страсти.
— Ах, как я люблю тебя! — прошептал Рэмзи, сжимая Пенни в своих объятиях.
— Я знаю, — тихо ответила она, ласково гладя его по плечам. — Но не понимаю, что с тобой, твоя мрачность меня пугает.
— Ты права, — печально вздохнул он, медленно поглаживая ее руки. — Нельзя оставлять тебя в неведении. И до того как приедет Александр, я должен все рассказать.
— Ты говоришь так, словно собираешься на гильотину. Он пристально посмотрел ей в лицо, все еще не решаясь открыть то, что стало ему известно.
— Я узнал, кто настоящий хозяин бриллиантов.
— Наверное, не Фэлон и не Слоун? — поспешила догадаться Пенни, вопросительно заглядывая ему в глаза. Рэмзи кивнул. — Я давно догадывалась об этом.
— Эти камни послужили выкупом за похищенного ребенка Александра.
— Выкупом?
Не успел Рэмзи ответить, как в комнату заглянула чем-то расстроенная Маргарет.
— Хэнк привез Блэквелла, — сказала она и вновь скрылась за дверью.
— Она чем-то опечалена, — заметила Пенелопа, поднимаясь с колен О'Кифа и направляясь к двери.
— Но мы не договорили с тобой, — попытался остановить ее он.
— Ничего страшного, — произнесла Пенни, поправив стоящую на столе вазу. — Ты расскажешь мне эту историю позже. — Она лукаво улыбнулась. — Сегодня ночью в постели.
Рэмзи весело засмеялся, любовно оглядывая ее с ног до головы.
— Это приглашение?
— Нет, приказ, — ответила она, скрываясь за дверью.
Рэмзи поднялся со стула, и лицо его вновь помрачнело. Он подумал о том, что может потерять Пенелопу, и все из-за того, что разыскал Александра.
Глава 35
Этого вопроса Александр и ждал, и боялся. Пенни спросила, как получилось, что он единственный из всей семьи Блэквеллов остался в живых. И он как мог объяснил ей это. Слезы, выступившие у нее на глазах, тронули его.
— Ах, — прошептала она, — извини меня, пожалуйста, что я заставила тебя пережить все заново.
— Ничего, — ответил он, пожимая ей руку и печально вздыхая, подумав при этом, что уже дважды за последние двое суток рассказывает свою трагическую историю и от этого чувствует себе ветхим стариком. — С тех пор я весь ушел в дела, связанные с морем, и никогда не вспоминал о прошлом.
— Наверное, у тебя не было поводов для воспоминаний.
— Да, — сказал он. — Так же как и для предположений, что я когда-нибудь буду сидеть рядом со знаменитой киноактрисой. Расскажи мне о себе, пожалуйста.
Пенни любезно улыбнулась в ответ на неожиданный комплимент, но лицо ее заметно поскучнело. Рэмзи сочувственно покачал головой и шепнул ей, чтобы она не волновалась. И Пенни задумчиво нахмурилась, решая, как бы так рассказать о своей жизни, чтобы не заметно было, что она пропустила ее большую часть.