Ему даже в голову не пришло спуститься на лифте — слишком медленно. Добежав до двери на лестничную клетку, он резким ударом распахнул ее и ринулся вниз, перепрыгивая через ступеньки, перескакивая через перила. Сердце его бешено колотилось. Неужели он опоздал?
Глава 17
Дом на Сассафрас-стрит располагался в глубине квартала. Марси подчеркнула эту особенность, когда они вместе с клиентом подошли к входной двери, пройдя по вымощенной камнем дорожке.
— На камнях вы можете заметить лишайник, но простой отбеливатель для стирки белья убивает его. Мне самой так даже больше нравится. Может, найдет в этом нечто оригинальное и миссис Харрисон, — заметила она с надеждой в голосе.
— Угу, может быть.
Вокруг дома раскинулся широкий двор, и Марси прежде не предлагала эту недвижимость Харрисонам, ибо чуть раньше чета переругалась у нее на виду из-за того, что при доме была обширная лужайка. Поэтому, когда Ральф Харрисон выразил желание посмотреть этот дом, Марси упомянула про двор, как про возможный недостаток. К ее удивлению, он не высказал озабоченности, и необходимость поддерживать в порядке большой двор его больше не смущала.
— Это не проблема, — отозвался он.
Теперь Марси терпеливо объясняла ему, что, несмотря на большую площадь двора, хлопот почти не прибавится.
— Как вы сами видите, травы здесь почти нет, так что косить нечего. И передний, и задний дворы по большей части — земляные, утрамбованные.
— Поэтому как-то мимоходом, я и обратил внимание на этот особняк. Сразу же захотелось осмотреть его.
— Жаль, что миссис Харрисон не смогла к нам присоединиться!
— Она неважно себя чувствует. Но я примерно обрисовал ей картину, она очень заинтересовалась им и велела мне немедленно осмотреть все как следует, предварительно, разумеется. Если дом мне понравится, завтра она явится сама.
«Похоже, лед тронулся, — подумала Марси. — Эти Харрисоны, наверное, впервые пошли навстречу друг другу».
Внутри входного алькова оказалось темно, но сухо. Марси стряхнула воду с зонтика и прислонила его к наружной кирпичной стене. Ей пришлось долго тыкать ключом, пока наконец удалось отпереть замок.
Открыв входную дверь, Марси потянулась включить свет. Люстра в прихожей представляла собой дутый шар пузырчатого стекла янтарного цвета, что оставило неприятный осадок в душе Марси: на стенах сразу же заплясали какие-то жуткие тени.
Она не любила показывать дома ночью. Жилище вообще редко производило хорошее впечатление, если его смотреть после заката солнца. Однако для Харрисонов Марси сделала исключение: потратив на клиентов столько времени и сил, нельзя себе позволить так просто отмахнуться от них. Исходя из среднестатистической вероятности, теперь ей удастся продать им этот дом.
— Просторная гостиная, — рассказывала она, — приятный камин. Много окон, значит, много естественного света. Конечно, сейчас об этом можно только догадываться, но завтра вы с Глэдис все увидите сами.
Она раздернула гардины.
— Мне больше нравилось, как было, — произнес он.
«Тебе понравится», — в сердцах подумала она, снова задернула тяжелые занавеси и повела его через узкую столовую на кухню.
— Вход в гараж через эту дверь, — указала Марси. — В гараже — встроенный верстак, который, я уверена, доставит вам много радости.
— Я не очень-то люблю мастерить.
— Хм. — Она искала, чем бы его заинтересовать.
До сих пор он следовал за ней по пятам — так близко, будто боялся теней в пустом доме, — и не проявлял никаких эмоций — ни положительных, ни отрицательных.
Не желая задерживаться здесь дольше, чем нужно, она без обиняков спросила его:
— Ну, как вам та часть дома, которую мы уже осмотрели, мистер Харрисон?
— Хорошо составить целое впечатление.
Она любезно кивнула, но про себя чертыхнулась.
— Пожалуйста, сюда!
Сама Марси такие дома терпеть не могла: длинные темные проходы, маленькие, тесные комнаты. Но вкусы у людей разные, а сама улица Сассафрас-стрит очень красива, вся обсажена деревьями, жителей здесь мало, поэтому она с большим упорством добилась включения этого дома в списки своего агентства. Может быть, Харрисонам этот дом придется по душе как раз тем, что ей в нем не нравилось.
Она включила верхний свет в спальне. Ковровое покрытие здесь было задернуто полотняным чехлом, что, по мнению Марси, выглядело гораздо лучше, чем все эти каштанового цвета коврики. Посреди комнаты стояли козлы, ведро для штукатурки, мешок с сухой смесью, еще одно ведро — с белилами для потолка и куча тряпок.