Андрей проводил Юрку на поезд, снабдив периодикой для анализа рынка, а через пять дней друзья регистрировали предприятие. По взаимному, как в ЗАГСе, согласию Андрей становился одним из учредителей, а Юрий – членом редакционного совета.
– Юр, может, я тупой, но скажи мне, кто у нас учредители? Те, другие?
– А, не забивай голову, – отмахнулся Юрка, когда они шли по коридору бывшего НИИ выбирать помещения под офис. – Это просто люди, которые хотят, чтобы такая газета была.
– Ясно…
Выйдя из здания, соучредители Будников и Трофименко вдохнули морозный воздух.
– Ну как, отметим это дело? – предложил Юра.
– Думаю, надо, – кивнул Андрей.
Соучредители отправились в ресторан, а как они там себя вели и что творили, лучше здесь не рассказывать. После ресторана Андрей полтора часа пытался открыть дверь бутика, увешанного красными сердцами с желтой стрелой… Потерпев фиаско, он с трудом нашел дорогу до дома. Но на следующий день все-таки в него зашел.
Следующую неделю супруги Будниковы провели, занимаясь делами и тщательно скрывая друг от друга все свои новые занятия и доходы.
А когда наконец пришел тот самый день, заветное 14 февраля, Катю сплавили бабушке Тамаре Ивановне. А сами Андрей с Ольгой уселись друг против друга за стол, на котором уже красовалась бутылочка «Абрау-Дюрсо».
– Я тебе должна кое-что сказать, – загадочным тоном проговорила Ольга.
– Я тоже, – не смутившись, ответил Андрей.
– У меня новая работа и много денег, – призналась Ольга.
– А я – учредитель нового издания, – признался Андрей.
– Я хотела сказать, что я потратила почти всю зарплату, но купила тебе вот это.
И Ольга достала швейцарские часы, о которых Андрей мечтал в самых сладких снах.
– А я… потратил все, что заработал, чтобы купить тебе вот это.
И Андрей шикарным жестом преподнес жене коробку духов, к которым Ольга уже второй год присматривалась… Говорят, День Святого Валентина берет свое начало еще со времен Древнего Рима. Говорят, у нас его воспринимают неоднозначно. Но… Андрею и Ольге он тогда пришелся очень вовремя, о чем до сих пор вспоминают соседи снизу, у которых над головой всю ночь раскачивалась люстра.
– Хотим напомнить, уважаемые радиослушатели, что песня прозвучала от Мурика для любимой Леночки, которая сейчас в институте! – жизнерадостно сообщил ди-джей после последних аккордов песни.
Ольга поморщилась и прикрутила громкость. Да, с Андреем творится какая-то фигня… Хотя, наверное, не с одним Андреем, а с нами обоими… Скорее всего, мы просто друг от друга устали… Надо сейчас доехать до офиса и все-таки написать тому парню…
Глава 9
From: Olga
To: Andrew
Привет!
Извини, что пропала. Работа, работа, просто головы не поднять. И помимо нее куча проблем. Разных проблем, о которых писать не интересно. Не буду тебя грузить, ибо оно тебе не надо.
Скажи, у тебя не было такого, что ты жалеешь о прошлом? Ну, не обо всем прошлом, как бы это сказать… О некоторых эпизодах прошлого. Понимаешь, да? Вот вроде как все хорошо, но вот некоторые моменты совершенно не устраивают. И хочется их забыть. Хочется, чтобы их попросту не было, чтобы они перестали существовать. То есть не было совсем и никогда. Чтобы ты о них даже не знал.
Жаль, что в реальности не существует кнопки «удалить». Можно было бы удалить все глупости, все подлости, все плохое. Или вообще удалить из жизни радикально лет этак двадцать – двадцать пять. Как в Сети. Можно удалить все, или не удалять ничего.
А ведь были хорошие моменты. И их было много. …Не только мусор. Какие-то и позабылись вовсе. Хорошее ведь быстро забывается. Поставить бы фильтр на свою жизнь, который удалял бы все плохое, а все хорошее собирал, раскладывал по папочкам, и автоматически доставал самые лучшие моменты, когда это нужно.
Best regards,
Olga
Ольга перечитала свое письмо раз, потом еще раз. А потом… удалила. Зазвонил телефон. Поднимать трубку и отвечать совершенно не хотелось, но деваться некуда – это надо было сделать.
– Наши партнеры из Снитыново, – по громкой связи сообщила Леночка. – Все утро звонят. А чего хотят – не говорят. Могу сказать, что вас пока что нет. Только они все равно названивать будут.
– Соединяй, – взяла трубку Ольга, про себя отметив, что не знает ничего: ни где это Снитыново находится, ни какие там у них партнеры. Более того, без этой информации она могла бы жить и дальше, спокойно и счастливо.
– Ольха Николавна? – раздался из трубки хриплый и, видимо, пожилой, а может, просто сильно пропитый и прокуренный голос неведомого партнера. – Ольха Николавна, это вас из Снитыново партнеры беспокоят. По поводу продукции вашей.
– Что вы хотели? – спросила Ольга, понимая, что вряд ли хотят они сказать ей по поводу продукции что-то хорошее и жизнеутверждающее. По крайней мере не в этот раз. – Прошу покороче, у меня совсем мало времени.
– Мы ж у вас трансхворматоры покупали… – расстроенно продолжил голос, – так у них с предохранителями просто беда. Такая беда, прямо не знаю, что и сказать.
После последнего слова трубка засопела, как бы приглашая Ольгу разделить эту самую «беду». Очевидно, партнеры из Снитыново всерьез считали, что она интересуется трансформаторами. Ольга с минуту подождала продолжения. Продолжения не последовало.
– И? – после небольшой паузы поинтересовалась она. – В чем вопрос-то ваш?
– Как бы заменить это дело… – предложил партнер, – а то прямо беда с этими предохранителями. Очень уж слабая у них мощность на входе получается.
– Заменить? Может быть, мы сможем вам помочь. А в договоре что написано? – спросила Ольга. – Условия обмена деталей и агрегатов указаны? У вас договор под рукой?
Трубка снова натужно засопела, и Ольга услышала, как на том конце провода зашелестела бумага. И шелестела она довольно долго, минут пять. Ольга грешным делом подумала, что товарищ из Снитыново решил перечитать весь договор.
– Так тут же ж аж семь страниц… – наконец откликнулся «партнер», – и четырнадцать разделов.
– Да, – согласилась Ольга. – Семь страниц. И на каждой стоит чья-то подпись. Чья?
– Директора… – со вздохом ответили из трубки. – Подпись директора стоит. Заклепко Арсения Ивановича.
– Вот пусть директор мне и позвонит, – Ольга попыталась закончить этот уже достаточно утомительный разговор. – И мы с ним будем решать дальше, что делать.
– Так ведь это я директор, – промямлил «партнер». – Заклепко Арсений Иванович.
– А подпись тогда чья? – начала терять терпение Ольга. – Ваша, выходит, подпись?
– Ну, да. Моя подпись.
– Так вы, получается, не читали то, под чем подписывались? – уже разозлилась Ольга.
– Ну, вроде читал… – не очень уверенно ответил партнер. – Но там все как-то не очень понятно…
– Значит так, – окончательно потеряла терпение Ольга. – Вот как мы сделаем: вы прочитаете договор. Если не поймете, то прочитаете второй раз, вместе с юристом. У вас вообще юрист имеется? В смысле, в штате предприятия.
– Шо вы все юрыст, юрыст… – вздохнула трубка. – Там предохранитель пропускает напряжения больше, чем выдерживает входная катушка. И от этого катушка горит…
– … И юрист объяснит вам, как решить ваши проблемы, – пропустила мимо ушей последнюю фразу Ольга.
– Ладно, – печально согласился «партнер». – Поговорю сегодня же с юристом, раз вы не хотите по-людски.
– По-людски – это хорошо, – парировала Ольга. – Но давайте лучше по закону. Всего доброго. До свиданья.
– Но если ж юрист там шо-то найдет, вам же хуже будет! – не спешил прощаться «партнер». – Так ведь и в суд мы можем подать на вас, в смысле на вашу фирму.