«Она что, хотела так нас помирить?.. Чтобы мы стали суетиться из-за ее дел и перестали заниматься «стариковской чушью»?
Глава 23
From: Olga
To: Andrew
Послушай, мне кажется, что у нас накопилось слишком много вопросов друг к другу. По крайней мере мне уже маловато одних писем.
Best regards,
Olga
From: Andrew
To: Olga
Давай увидимся. Нам с тобой просто необходимо встретится. Да-да, я настаиваю…
Sincerely,
Andrew
Набрав последние буквы и отправив письмо, Андрей закинул ноги на стол, а руки за голову. И тут же принялся бороться с желанием достать мобилку и набрать Ольгу. Сказать ей что-то вроде: «Вам письмо» или «Ну что, прочитала? Нет? Тогда открывай поскорее ящик!» Но это было бы нарушением правил игры.
Андрей-то уже был почти на сто процентов уверен, что пишет собственной жене. Но не был уверен, что так же думает и Ольга…. А позвонить между тем хотелось очень и очень…
«Ладно, – решил Андрей, – уже в ближайшее время все разрешится». А пока он попросту отключил мобилку. Подальше от ненужных соблазнов. «Правда, – подумал он тут же, – могла позвонить Ольга». Но, во-первых, нечего ей правила нарушать, а во-вторых, она знала его рабочий. Мог, конечно, позвонить еще кто-нибудь по делу или родители… Но никого, кроме Ольги, ему слышать сейчас не хотелось.
Вечером Ольга выбрала подходящую минуту, когда Андрей был вроде как в хорошем настроении. Подойдя с чашкой какао к дивану, на котором лежал муж с книгой «Советская бронетехника Второй мировой в иллюстрациях», Ольга поставила чашку и тоном начала мирных переговоров заявила:
– Андрей. Мне надо поговорить с тобой о ребенке.
– О каком? – спросил Андрей, перелистывая страницу с уродливо изображенным средним танком Т-28, участвовавшим, как гласила надпись, в советско-финской войне.
– О нашем, Андрей, о нашем.
– О Кате?
– У тебя же, вроде, один ребенок?
– Оля, она уже не ребенок, – произнес Андрей, не открываясь от иллюстрации в книге, изобилующей пояснениями вроде «триплекс», «дымопуск» и «ребра жесткости». – Скажи мне, для чего нужно было выдумать танк с тремя башнями?
– Андрей!
– Да оставь ты ее в покое, учится себе Катя в Кракове – и пусть учится! На красный диплом тянет! Или сейчас уже нет синих и красных?
– Андрей. Ты ничего не понимаешь. Посмотри на меня! Что это за чушь ты рассматриваешь??
– Это не чушь, детка, а средний танк межвоенного периода, разработанный конструкторским бюро Семена Гинзбурга.
– Так я и знала, что межвоенного. Андрей! Катя собирается замуж.
Андрей отложил «Бронетехнику в иллюстрациях» и посмотрел на жену. Ольга знала и помнила этот взгляд – муж так смотрел, когда его заставали врасплох, или когда он не хотел вставать и идти что-то делать.
– Не рано ли?
– Вот и я говорю. Позвонила она мне вчера, так и так, мама, послушай меня…
– Оля, это любовь или залет?
– Андрюша, не психуй. Насчет залета пока неясно – но все может быть, она не предохранялась.
– Так, нормально. А этот куда смотрел?
– Кто?
– Ну этот ее! Как, кстати, его зовут?
– Ну, неважно, Андрей! Выпей вот какао, остывает!
Андрей взял чашку и начал пить, немного приподнявшись на диване. Ольга чувствовала, как лихорадочно работает его мозг.
– Так как его зовут?
– Андрей, успокойся. Его зовут Ахмет, нормальное имя, нормальный парень.
Андрей поперхнулся так, что какао выплеснулось на схему главной башни бронированного монстра.
– Откуда он? Из Ирака?
– Из Турции.
– Оля, Катя в порядке?!
– Андрей, держи себя в руках.
– Катя в порядке?!
– Андрей, успокойся. У них любовь, он студент, кажется, приличный парень.
– Еще и студент… дай телефон, я ее сейчас наберу!
– Андрей, не надо! Ребенок и так переживает!
– Хорошо. Оля, а ты куда смотришь?
– Андрей, она с нами четвертый год не живет! – резонно заметила Ольга и пошла в кухню за полотенцем.
Андрей посмотрел на то, как пятно в книге наползает на фотографию подбитого танка Т-28 с позирующими на броне немецкими солдатами и почему-то ощутил себя этим танком. Он поднялся с дивана, стянул футболку, швырнул книгу в угол и ушел в ванную.
Ольга, вытерев диван, затаилась на кухне, потом, когда смолк шум воды, подождала еще полчаса, вошла в спальню и тихонько легла рядом с мужем.
Вечер не заладился, хотелось бросить все, уснуть, а завтра узнать, что это просто скверная шутка.
Дождавшись, когда в редакции поутихнет и все разъедутся по заданиям, Андрей открыл в Сети странички по запросу «Турция».
Быстро просмотрел сведения о населении, природе, географии и начал рассматривать картинки в разделе «Культура». Завис на страничке «Янычарская музыка», по ходу дела узнал (и тут же забыл), что большой барабан назывался «дауль», удивился, что у янычар были инженеры, и вошел в статью «Экономика Турции».
«А что, – решил Андрей после часа чтения, – неплохая страна! Море есть, климат хороший, правительство порядочное…»
И набрал Ольгу.
– Зайка, по-моему, все отлично, – пробормотал Андрей, рассматривая фотографию куполов Айя-Софи.
– Ты о чем?
– Слушай, Турция – не самый плохой вариант.
– Андрей, ты думаешь, что говоришь? Я за ребенка переживаю, а ты что творишь?
– Зайка, а ты не думаешь, что Кате придется туда ездить? А потом там жить? Да и нам вроде теперь положено будет?
– Андрей, мы уже были там. Чего ж туда ехать еще раз?
– А с родственниками знакомиться? Или ты предлагаешь пригласить их к нам?
– Ну, во-первых, я надеюсь, что все не так далеко зашло. А во-вторых, почему бы и не к нам?
– Оля, как с ними разговаривать? Чем угощать? Они же не пьют, наверное!
– Андрей, ты не о том думаешь.
– Хорошо, вместе подумаем. Оля, у меня люди, я перезвоню.
А вот это было чистое вранье – никаких людей, кроме коллег за загородкой, у Андрея не было. Просто он почувствовал, что не в силах сейчас разговаривать с женой о каких-то пока неведомых иностранцах, то ли родственниках, то ли свойственниках. Почувствовал, что ему противно думать о том, что дочь выросла и что вскоре она вот точно так же, как его Ольга, станет почтенной замужней дамой, окунется в омут виртуальных романов… И что там будет искать то, чего не сможет найти с мужем…
Сейчас желание даже не увидеться – просто поговорить с той, неведомой, виртуальной Ольгой, стало почти болезненным. Должно быть, в силу своей профессии, Андрей успокоение находил именно в мыслях, выраженных словами. Ему, чтобы влюбиться, нет особой нужды созерцать смеющиеся глаза, тонкую талию и прекрасные длинные ноги – ему вполне достаточно пиршества разума, одного на двоих.
Хотя (тут Андрей все-таки вздохнул вполне материально) от длинных ног и смеющихся глаз он бы тоже не отказался.
Но мысли его вернулись к началу – к пиршеству разума. Андрею вспомнилась древняя поговорка о том, что женщина любит ушами. Раз так, то и обольстить ее можно просто словами, заговорить, заболтать, влюбить в себя только тем, что к ней внимателен, что на каждую ее милую глупость не огрызаешься, а отвечаешь мягкой шуткой. Можно писать письма, отвечая на ее вопросы, развивая ее рассуждения, соединяясь, таким образом, не телами, но душами. И еще Андрею пришло в голову, что такое соединение куда крепче и куда желаннее даже самого сладкого секса.
Похоже, что именно это и произошло между ним и неведомой виртуальной Ольгой – душами они уже коснулись друг друга.
«А Оля, моя Ольга, – Андрею стало больно от одной только мысли, – наверняка уже срослась душами с каким-то другим мужиком… Похоже, что не я один понял, что самый легкий путь к сердцу женщины – это слова, разговоры, беседы, а не подарки или поездки…»