Любили названивать и начинающие «звезды», мечтавшие собственноручно принести приглашение на концерт в богом забытом зальчике где-то на окраине с целью последующей шумной восторженной рекламы. Но эти хотя бы обещали бутылку виски или коньяка выставить и диск подписать. Правда, диски их мало кому были нужны, а коньяк, если и выставлялся, был таким же дешевым, как сами эти «звезды» с их шлягерами-однодневками, и столь же малопригодным для употребления.
Вдалеке раздались шаги. Кто-то в дорогих мужских туфлях на жесткой кожаной подошве торопился к началу рабочего дня, пусть и не такого раннего, как рабочий день на заводе или в поликлинике. Андрей знал, кому принадлежат эти шаги, и надеялся, что они прошествуют мимо. Но вот шаги утихли неподалеку от «загородки», которую он занимал, немного помялись и…
– Конечно – Будников Андрей Петрович! Кто же еще?! Наш просто самый главный «жаворонок»! А я думаю, какой дурак приперся на работу в понедельник, да еще и в полдевятого?! – раздался голос друга и начальника Юрия, а следом за голосом в кабинет Андрея вторгся и он сам: – Привет, дружище, как ты?
Не дожидаясь ответа, да и не предполагая, что Андрей и в самом деле станет рассказывать, как именно дела, Трофименко поочередно блеснул проплешиной, которую маскировал под модную лысину, и запонками в виде черепов, долженствующих означать, что нацепивший их менеджер – человек творческий. Затем посмотрел на свой «Ролекс» так, чтобы и все окружающие видели, что на его руке подлинный фирменный «Ролекс». И только после этого пожал Андрею руку.
– Как начальник – выражаю благодарность и восхищение, а как друг – хочу спросить… – Юрий понизил голос, хотя в этом не было особой необходимости. – У тебя с Ольгой все нормально? Может, произошло что? Поссорились?
– С Ольгой? – Андрей от неожиданности даже привстал. – Д-да… Все нормально.
И, опровергая собственные слова, продолжил, убеждая Юрия, что вовсе не все и далеко не в порядке:
– Ну да, точно, все нормально. В смысле, в пределах разумного. А что, блин? Чего это тебя так вдруг заинтересовали наши с Ольгой отношения? Или случилось что?
– Что «чего»?! – переспросил с возмущением Юрий. – Ты приперся ни свет ни заря. Хотя раньше к десяти только-только раздуплялся. И завтрак у тебя, судя по бумажному пакетику с характерным ароматом, из фастфуда, а не из дома, приготовленный заботливыми женскими ручками. Неужели кризис среднего возраста лишает героя радости домашней еды? Или… О Господи, меня осенило. Я понял, что с тобой в последнее время не так. Ты, брат, любовницу завел! Это ты молодец. Это правильно. И вообще, давно пора уже!..
Андрей, досадливо смяв упаковку от гамбургера и стаканчик из-под кофе, отправил их в корзину под столом. Как всегда, промазал и от этого еще больше разозлился. Попытался оправдаться, но…
«Хотел как лучше, а вышло как всегда…» Ох, как метко сказал господин Черномырдин!
– Ехал вот, увидел рекламу… На бил-борде. Ну, и повелся, в общем, – неубедительно лепетал он.
– И как, вкусно? И полезно, наверное? – продолжил пытку Юрий. – А главное – питательно.
– Нет. Совершенно не вкусно, если честно… – разозлился Андрей. – Доволен? Теперь отстанешь? А с чего ты вообще заинтересовался моими гастрономическими предпочтениями? Завидно? Так если бы я знал, что ты вот-вот появишься, взял бы двойную порцию и тебя бы угостил! А так, извини пожалуйста, все сам сожрал!
После этой тирады Андрей демонстративно рухнул в кресло, уставился в монитор и некоторое время злобно пыхтел. Юра посмотрел на него с сочувствием и, вздохнув, продолжил:
– Да-а, случай с тобой, коллега, серьезный. Нервы у тебя вовсе ни к черту…
К счастью, лучший друг Андрея, Юра Трофименко, был совершенно не обидчив. Более того, он еще минуту смотрел на покрасневшего коллегу и, помедлив, все-таки спросил:
– Слушай, дружище. А что, если… Хотя, наверное, нет… Да нет, ничего…
– Ну, говори уж, раз начал! – еще больше разозлился Андрей. – Не нуди, знаешь же, я этого терпеть не могу!
– Да такое… Не напрягайся.
– Что ты, как девочка, ломаешься?! Говори давай.
– Короче. Без обид… – отчего-то смутившись, все-таки продолжил Юрий. – Есть у меня одна массажистка знакомая…
Юрий очень любил свою жену. Дочку он тоже любил, очень и очень. А сынишку, младшенького, Ванечку, и вовсе обожал. Был у него еще старший сын, Василий. Он служил на Дальнем Востоке, штурманом флагмана Тихоокеанского флота, крейсера «Варяг». Его Юрий тоже любил, хотя и видел крайне редко.
Однако полигамия ему, как и любому самцу, была весьма и весьма присуща. До такой степени, что хотелось ему практически любую особь женского пола, появившуюся в его поле зрения.
Однако опыт, годы и интуиция бабника и ловеласа заставили его выработать несколько правил, здорово облегчающих ему жизнь. Бросался он только на тех, кто не мог нанести серьезного урона его семейной идиллии. То есть: никаких служебных романов, никаких подружек, а тем более родственниц супруги, никаких публичных променадов. Да и жена должна быть удовлетворена как минимум два раза в неделю. Что при его уровне тестостерона особого труда не составляло. Таким образом, в круг его интересов попадали в основном массажистки, девочки по вызову, ни на что не претендующие дамы с различных сайтов знакомств, ну, и так, по мелочи – официантки, медсестры в санатории… Одним словом, никого, кто может зацепить всерьез и надолго. Кроме того, никаких романтических походов в общественные места, никаких серенад и долгих отношений. Ресторан за городом – вино – койка – душ – такси – домой. После чего на звонки не отвечать, СМС сразу стирать, письма удалять от греха подальше. И, конечно же, никакого второго раза. Ну, а если второй раз все-таки произошел, то третьего раза точно быть не должно. Случались, конечно, и на опытную старуху несколько серьезных прорух. Но об этом речь пойдет дальше.
– Есть у меня одна массажистка знакомая… – задумчиво произнес Юрий. – А у нее есть подружка… Вернее, коллега. Обе – конфетки. Обслужат тебя с моими скидками как по двойному тарифу! А у меня – почти шара. Дать телефончик? Хотя могу и компанию составить. Ну, не в смысле, что все вместе, а в смысле, что я к одной, а ты к другой. Ну, ты понял…
– Нет, Юр, спасибо… – успокоился и даже улыбнулся Андрей, поняв, что друг ему желает добра, пусть и на свой лад. – У меня с этим все нормально. Честно, все нормально… И даже очень нормально. В общем, не волнуйся.
Последние слова было откровенным враньем. Не было у Андрея «с этим» ничего нормального. А было «это» редко и все реже и реже. Но признаться в подобном даже себе самому, увидеть, что это ненормально, Андрей не мог. Да и, в конце концов, кто может определить, что «нормально» в таком тонком деле? Люди разные, темпераменты разные… Да, можно, не сходя с места, привести еще сто пятьдесят оправданий, лишь бы не признавать, что с «этим» проблемы.
– Ну, смотри… – пожал плечами в ответ Юрий. – Врачи говорят, что в этом деле чем чаще – тем дольше. В нашем возрасте особенно. Сам понимаешь, любая фигня уже может быть. И простатиты, и вообще все, что угодно. Ладно, я – к себе. Посмотри там, пожалуйста, статью по Лебедевой. Паша, как обычно, тормозит, а статья-то проплаченная. Я тебе сейчас на мыло сброшу. И Пашу пришлю, как появится. Только не откладывай.
– Посмотрю, посмотрю. Не волнуйся, – кивнул Андрей. – Только прямо сейчас сбрасывай. А что хоть за статья?
– Платная, сказал же, – уходя, повторил Юрий. – Бабло, кстати, уже пришло. Вот все бы были такими клиентами, так мы бы процветали.
Таблоид, в котором трудился Андрей и который давал ему право причислить себя к творческой интеллигенции, в основном продавался в переходах метро и электричках. Если в вашем окружении преобладают умные интеллигентные люди – сто процентов вы эту газету и в глаза не видели.
Причудливая мысль ее американских соучредителей объединила в одном издании вещи, казалось бы, несовместимые. Кровавые криминальные хроники и рецепты блюд для похудения, звездные сплетни и сканворды и, конечно же, телепрограмму на все (ну, почти все, ибо на все не хватит никакой газеты) телеканалы. Но то ли американцы правильно поняли русскую душу, то ли душа эта ничем не отличалась от штатовской.