«Что, красавица, нравится тебе все это? Нравится такая жизнь? – ехидный голос худого беса был сейчас даже чуточку печален. – Почему ты страшишься перемен? Почему не хочешь попытаться изменить жизнь? Хотя бы для того, чтобы носки перестали жить в твоем доме своей непостижимой жизнью?»
«Но что будет, если я захочу это изменить? – спросила у беса изумленная Ольга. – Неужели эти перемены будут настолько приятными? Неужели тот, кто придет на смену Андрею, перестанет разбрасывать носки?»
«Попытайся… Ведь сейчас ты ничего не можешь знать наверняка… Попробуй для начала хотя бы поговорить с Андреем. Может быть, ему и самому опротивела такая холодная отчужденная жизнь? Может быть, вам стоит поменять хотя бы отношение друг к другу? Увидеть рядом с собой незнакомых мужчину и женщину, которые должны завоевать друг друга или хотя бы, черт возьми, заинтересовать!.. Ведь ты же, готов поспорить, ничего не знаешь о мужике, который сейчас рядом, и точно как ты мучится бессонницей и болтает с кокетливой змеей соблазнительницей…»
Ольга улыбнулась бесу. Тот донельзя знакомым движением закурил сигарету и шагнул в облачко дыма. «Подумай над моими словами, умница…»
Умница послушно кивнула, но отчего-то подумала, что в первый раз за несколько последних месяцев Андрей добрался до спальни. Обычно ему хватало и дивана с пледом в гостиной, где он погружался в сон под бормотание телевизора. «Да и я не менее сладко засыпала под эти звуки. Похоже, именно оно стало в нашем доме символом спокойствия и некоей семейной идиллии. Или нет, равнодушного сосуществования…»
Андрей повернулся к ней.
– Не спишь, Оль?
Ольга кивнула – она совершенно точно знала, что этот кивок Андрей увидит и поймет, даже если в спальне будет царить непроницаемо-чернильная тьма.
– Нечистая совесть спать не дает? – голос мужа в полутьме спальни казался голосом незнакомца.
Наверное, поэтому, все, что произошло дальше, и произошло. Или ехидный игривый бес так и не покинул души Ольги – и это он заставил ее быть совсем новой рядом с этим незнакомым мужчиной.
– Наверное, слишком чистая…
– Слишком чистая?
– Ну конечно… Вот я сейчас подумала, что за всю свою жизнь не совершила не только ни одного проступка, но даже ни одного мало-мальски порицаемого деяния. Мужчин не меняла, головы им не морочила, любила как дура одного-единственного, вытаскивала вместе с ним семью из неприятностей… А, вытащив, опять ничего не совершила… недостойного.
Андрея согрели Ольгины слова – и про «любила одного-единственного», и про «вытаскивала». Как жаль, что слова эти прозвучали в прошедшем времени. Так уж он был устроен: даже сейчас профессия брала верх над чувствами. Или над тем, чего вовсе не осталось в душе.
– Так это же хорошо, Оль…
– Ты думаешь? Хорошо?
– Я думаю, это просто здорово… – Андрей постарался, чтобы его голос прозвучал достаточно твердо.
Ольга постаралась рассмотреть глаза мужа, но увидела его затылок.
– А я думаю, что это совсем не здорово. Что это плохо. Потому что я словно и не живу вовсе: так, просто совершаю эволюции как робот в игре. Работа – дом, салон – бассейн… Понимаешь, я не живу!
«Что такое, милочка? Откуда слезы? Ты емусобираешься жаловаться на пустоту жизни…»
Голос беса звучал в голове Ольги вполне отчетливо.
«А почему бы и нет? Почему я ему, незнакомцу, который столько лет прикидывается, что знаком мне, я не могу пожаловаться на свою жизнь? Ведь он и в самом деле не знает обо мне вовсе ничего. А еще меньше он представляет, что творится у меня в душе. Так почему я не могу какому-то неизвестному мужику поплакаться в жилетку? Почему я не могу высказать свои мысли?»
«Ну-ну, попробуй…» – насмешливый шепот беса пропал.
– Знаешь, наверное, понимаю, – Андрей повернулся на спину и заложил руки за голову. – Это так… видимость жизни. А внутри-то пусто, внутри-то гулко…
– Ага, именно так, – Ольге понравилась такая формулировка. – Гулко и пусто, как в квартире, где сто лет нет ни жильцов, ни мебели, ни даже моли. Только пыль да паутина.
«Ох, девочка моя, что это с тобой?» – но и в этот раз голос беса был скорее насмешливым, чем сочувствующим.
– Да, именно так. Только пыль и паутина. И не с кем словом перемолвиться.
– Не с кем. – Ольга тоже легла навзничь.
Она все еще не замечала, что двигается так, чтобы ненароком не коснуться мужа – благо, размеры кровати это позволяли. Не заметил этого и Андрей. Двое незнакомцев с относительным комфортом беседовали в темноте спальни о том, как пусты их души.
– Знаешь, мне говорили, что в инете стало полно всяких сайтов. Знакомства там, даже брачные агентства…
– Да, я знаю… Хорошее дело. Ведь не каждый решится знакомиться на улице или в магазине, не говоря уже о том, чтобы подсесть за столик в кафе.
– Ты права, далеко не каждый на такое решится…
– Скажу тебе по секрету, я б и сама с удовольствием повисела на таком сайте…
«Ты и висела на таком сайте, врунишка, – опять послышался насмешливый голос беса. – И на сколько тебя хватило? На месяц? На три недели?»
«Две с небольшим. Пока не достали предложения переспать или обещания встреч нечастых, но полных телесных радостей. Иногда радостей за деньги…»
«То-то же!»
– … Хотя вряд ли меня бы хватило надолго. Там же всяких отморозков тоже хватает. И козлов, которые ищут любовницу, и дурачков, которые верят только электронному Гименею…
– А что, есть такой?
– Должен быть, наверное. Кто ж рулит брачными сайтами? Только не говори, что системный администратор.
– Не скажу…
Андрею нестерпимо захотелось курить. Но он боялся даже двинуться: уже почувствовал, какой важный разговор они с Ольгой сейчас ведут.
– …Во-от. А потом бы, наверное, я ушла в личный кабинет. Или предложила бы переписываться по мылу, или в скайпе… Только с теми, с кем мне было бы действительно интересно.
– И ты считаешь, что это и был бы тот самый предосудительный поступок? Который сделал бы тебя счастливой?
– Ты не понял. Я бы почувствовала себя живой… Может быть, если бы среди этих интересных людей нашелся мужчина, который бы меня взволновал… Наверное, я бы с удовольствием переписывалась с ним. Хотя… Да, это уж точно недостойно и предосудительно.
– Почему? – если можно кричать шепотом, то Андрей именно закричал. – Почему предосудительно? Что дурного в общении?
– Потому что я бы скрывала, наверняка скрывала, такое общение от тебя. Ты бы первый назвал такой поступок дурным и недостойным. Подумал бы, что я способна и на более дурные поступки, даже об измене бы подумал…
«Странные все-таки существа женщины, – невидимый бес пожал плечами. – И зачем они сами лезут в петлю? Ну вот на фиг ты сейчас это сказала?»
«А вот увидишь, дурачок, – Ольга мысленно подмигнула бесу. – Спорю на твой хвост, что он начнет меня уговаривать, что этот вовсе не дурно, а, напротив, вполне хорошо!»
– Об измене? – Андрей хмыкнул. – Ну какая же это измена? Не стала бы говорить просто потому, что не стала. Я ж вон тоже не рассказываю тебе обо всем, что читаю в инете, обо всех, с кем переписываюсь. У человека должно быть свое пространство…
Ольга почувствовала какое-то облегчение. Толком не сказав ничего, Андрей, по сути-то, проболтался. И даже оправдание сконструировал – одно на двоих.
– Может быть, – Ольга кивнула. – Пространство, наверное, быть должно. Но тогда подобное деяние перестает быть предосудительным и все, круг замкнулся…
– Не грусти, Олюшка. Давай ты в самом деле не будешь считать такое предосудительным и будешь болтать с кем-то в Сети, а? Можешь даже на свидание сходить разок-другой. И не рассказать мне об этом ничего. Только не расстраивайся, прошу.
– Можно? – Ольга победно улыбнулась.
«Да, мне с женщинами не тягаться, – тяжко вздохнул неопытный бес. – Или плюнуть и начать учиться у них, что ли?»
«Начни учиться, малыш…»