Жаль, что не смогли сохранить то светлое чувство, которое когда-то давно связало нас.
— Не замерзла? — спрашивает Витя, накидывая мне на плечи мягкий плед, стоит нам остаться в беседке одним.
— Спасибо, — обхватываю ладонями чашку с дымящимся свежезаваренным кофе и из-под полуопущенных ресниц наблюдаю, как он подтягивает ближе ко мне свое кресло.
— Так о чем ты хотел со мной поговорить? — первой нарушаю затянувшееся молчание.
Витя усмехается невесело, открыто рассматривая меня.
— Тебе совсем всё равно, да?
— А должно быть иначе?
— Это наша первая нормальная встреча, спустя столько лет. И ты даже не спросишь, как у меня дела? Как я жил всё это время?
—Мне уже не интересно Вить. Да и судя по нашему последнему телефонному разговору, довольно неплохо, — пожимаю плечами.
— Я не могу тебя забыть, Оль, — неожиданно выпаливает Витя. — Спустя столько времени понимаю, что моя жизнь катится к чертям. Деньги, должность, повышение — всё это кажется пылью. Знаешь, о чем я действительно сожалею?
— Даже не представляю, — изо всех сил стараюсь не подавать вида, что слова бывшего мужа всё же достигают поставленной цели, затрагивая уязвимые частички души.
— Ведь у нас с тобой действительно было всё для счастливой жизни: средства, возможности, чувства. Не было желания суметь всё это сохранить. Вот об этом я жалею.
Неожиданно поднимается и, присев передо мной, забирает чашку, отставляя ее на столик. В замешательстве, смотрю на то, как мои ладони оказываются в руках Вити.
— Я очень сожалею о том, что в момент, когда был нужен тебе, меня не было рядом. Правда. — Склоняет голову и прикасается губами к моим слегка дрожащим пальцам.
В горле отдает горечью, воспоминания о том времени, когда я осталась один на один со своим горем, душат, словно невидимая удавка, наброшенная на шею.
— Вить…
— Подожди. Дай мне сказать. Пожалуйста, — перебивает на полуслове. — Возможно, я не был самым образцовым мужем, но я действительно любил тебя и люблю до сих пор. То, что ты видела в тот вечер, клянусь — единственный раз, когда я изменил тебе в браке. Я ни в коем случае не оправдываю себя и не прошу простить или забыть. Я прошу лишь чтоб ты меня услышала. Ты не представляешь себе, как я сожалею о том поступке.
Глядя в некогда родные глаза, ощущая тепло сильных ладоней на пальцах, я не чувствую абсолютно ничего. Некогда кровоточившие частички души всё так же остаются под анестезией отчужденности. Я давно похоронила наш брак и все светлые воспоминания о нем, облегчая свое существование.
— Не нужно ничего говорить сейчас, — вскидывает руку Витя и едва уловимым движением проводит по моей щеке. — Просто подумай над моими словами.
— Вить, я давно забыла всё и не держу на тебя зла. Но простить и понять твой поступок я не смогу никогда. Я искренне желаю тебе хорошо устроить свою жизнь и найти ту, с которой ты действительно будешь счастлив. То, что с нами произошло, скорее всего, было предрешено кем-то за нас. Значит, так было нужно. Поэтому давай оставим всё как есть и, больше не будем возвращаться к этому разговору.
На мужском лице в доли мгновения мелькает что-то, очень похожее на разочарование.
— Хорошо, я понял тебя, — отстраняется и растерянно ведет рукой по волосам.
Отходит на пару шагов и, повернувшись ко мне в профиль, поднимает лицо глядя на чистое звездное небо.
— Что имеем, не храним, а потерявши, плачем, — с горькой ухмылкой говорит Витя.
Спрятав руки в карманы брюк, еще некоторое время молча смотрит на звезды. Я укутываюсь плотнее в вязаный плед, подгибая под себя ноги.
— Я хочу продать нашу квартиру, — все так же не глядя на меня, говорит тихо Витя. — Я ни дня там не жил после того, как ты ушла от меня.
— Продавай. Еще во время бракоразводного процесса я ясно дала понять, что не претендую на нее.
— Ты не поняла. Вырученные деньги я хочу разделить пополам. Чтобы хоть в этом вопросе не выглядеть полным дерьмом в твоих глазах.
Удивляет ли меня неожиданное благородство бывшего? Скорее нет, чем да. Каким бы хорошим или плохим мужем ни был Витя, но жадным — точно никогда. А если еще и учитывать, что квартира была свадебным подарком его родителей и я, по сути, не имею никакого отношения к этой недвижимости, то его поступок можно расценивать как благородство в квадрате.
— Тебе решать.
— Я тогда позвоню тебе, когда найдутся покупатели. Только прошу, не игнорируй мои звонки. Обещаю, что по другому поводу досаждать не буду. Мы ведь можем остаться только хорошими друзьями, просто знакомыми, не больше?