Третья часть
Как и предполагали достопочтенные министры, медовые полгода Князь Тьмы и слышать ничего не хотел о государственных делах. Но дальше было хуже: начался "сезон предродовой горячки". Алатиэль Деймос велел мобилизовать всех врачей и согнать в маленький палаточный городок недалеко от недавнопостроенной на берегу Залива Смерти резиденции. Мориетта не видела этого, зато Оливия в красках описывала ей умопомешательство, которое творилось в стране в связи с грядущем рождением наследника. Мужчины три месяца подряд поднимали кубки за здоровье будущего Князя Тьмы, а женщины разделились на две категории: те, кто обсуждал предстоящие роды (а обсудить было что: повелительница - малолетняя человечка), и те, кто пытались угадать имя новорождённого. В общем, пока это была важнейшая тема во всех восточных степях, сама будущая мать старалась не касаться этого вопроса. По правде говоря, Мориетта просто боялась, но не хотела показывать свой страх Алу и Оли. Жаркой ночью, когда практически все винные погреба уже были пусты, а все плохие приметы и всевозможное имена перебраны, у Князя Тьмы родился сын. Оли выгнала всех понабежавших лекарей, заявила кузену, что сама примет роды и выставила и его за дверь. Спустя пару часов демонесса вынесла чудесного малыша, по традиции закутанного в фиолетовое одеяло, отороченное золотой тесьмой. Ребёночек как две капли воды походил на отца: смугленький, с чёрненькими волосиками и шоколадными глазами, в которых плескали всполохи чистой демонической силы. Он плакал и надрывался от крика, но стоило Алатиэлю забрать его у кузины, малыш угомонился, будто почувствовав, что его качает папа. Почувствовал ребёнок и маму, только отреагировал на неё так, как никто не ожидал: он перекинулся, только не в демоническую форму, а во вторую, человеческую! Миг - и кожа всё того же малыша окрасилась белым, глаза стали нежно-васильновыми, а волосы порыжели до медного оттенка. Тогда Мориетта рассказала на ушко мужу, что во время свадебного обряда на ней было кольцо родов Эллас и Ашеро. Видимо, светлый артефакт подействовал так же, как и незаметно надетый на невесту фамильный обручальный браслет-артефакт Деймосов. Так, на свет появился необыкновенный малыш, с двумя человеческими ипостасями. Так как Мориетта предпочитала не думать о родах вплоть до схваток, она не обсуждала с мужем имя сына. Теперь же этот вопрос надо было экстренно решать. Посоветовавшись, родители переложили эту почётную ответственность на примчавшегося уже через полчаса после рождения племянника Руадана. Сказать, что светлый король убил своим появлением прямо посреди тронного зала всех придворных, с нетерпением ожидающих, котда им покажут наследника, - ничего не сказать. А уж когда сам Алатиэль Деймос вынес ему своего сына, отдал на руки и попросил выбрать имя, раздался слаженный вздох то ли восхищения, то ли возмущения. Руадан не обратил на скопление разодетых по случаю демонов ровным счётом никакого внимания. Светлый король несколько секунд молча смотрел на обернувшегося рыжим на его руках племянника, а потом возвестил: - Кристо'ф! - Кристо'ф... - повторил за ним Князь Тьмы. - Достойное имя и для человека, и для светлого, и для демона, - а потом обернулся к своим придворным и объявил: - Кристо'ф Деймос, наследник восточных степей и будущий властитель земли демонов и Залива Смерти! *** Увлечённая материнством, Мориетта не следила за политикой и международной ситуацией в целом, а ведь события заслуживали внимания. Во-первых, лорда Эдогара так и не обезглавили. Суд над ним был громким и резонансным и его, также как всех его помощников, приговорили к смерти. Возможно, Руадан Эллас Ашеро и смягчил бы приговор до ссылки, если бы не вскрылось, что Эдогар несколько раз пробовал отравить маленького Араэдэна, но пятилетний наследный принц заметил, что первый министр подсыпает ему что-то из-под ногтя в еду, и отказывался есть несколько дней подряд. Сперва решили, что он болен, потом оповестили царственного родителя. Сын рассказал всё Руадану. Король был в ярости и велел казнить мерзавца на следующий день. Казнить-то казнили, только всех, кроме Эдогара. Его умудрились вытащить тёмные прямо с эшафота и исчезнуть в неизвесном направлении. На этой почве назревал новый политический скандал с Тэнетром. Во-вторых, Князь Тьмы с Архагарандаром тоже были на ножах. Восточные степи всё меньше подчинялись тёмным, Властелин Ночи всё больше бесился. Останавливал его только союз демонов со светлыми. Без поддержки малочисленные сыны Хаоса вряд ли бы смогли ему противостоять, но мирный договор с Эррадарасом - серьёзный повод для опасений. А для восточных степей это была надежда на отказ от унизительной роли вассала. И в-третьих, Мориетта, слишком поглощённая супружеской жизнью, не расспроила Оливию о той ночи, когда они проникли в резиденцию Эдогара, решив, что что-либо ценное подруга расскажет сама. Демонесса умолчала о многом: о том, что "супруг", не заметивший, как "молодая жена" трюком опытного карманника сняла с него медальон-ключ, оповестил её, что первую брачную ночь ей придётся провести не с ним, а с другим высокопоставленным лордом, о том, как Эдогар толкнул её во внзапно открывшийся портал, о том, как она оказалась в спальне Властелина Ночи и, собственно, о самом Властелине Ночи, который, стоило ей предстать перед ним, смерил её таким яростным взглядом, что Оли уже морально была готова, что её сейчас отправят в Бездну. Ну, Оливия была бы не Оливия, если бы отчаялась даже перед тёмным ликом повелителя Тэнетра. Пользуясь заминкой похитителя, который на миг так и застыл, как гневный памятник самому себе, демонесса рванула к окну, распахнула створки, выпрыгнула наружу и, сбросив с себя иллюзию и перекинувшись в боевую форму во время полёта к земле, взмыла над Тэнетром и понеслась прочь что есть духу. Не рассказала кузина Князя Тьмы и об одной странности. Она много раз видела портрет Архагарандара и без труда узнала его. Об одном умалчивали все источники: о глубоком шраме через всю щёку тёмного. Оно и понятно, шрам, к тому же на лице, - смертельное оскорбление и гарантированная кровная вражда. Кто же так уделал самого могущественного из тёмных лордов? *** Последний резкий жестокий рывок - и Архагарандар отстранился от обвисшей на цепях девушки, прикованной к кресту. И так не отличающее полнотой женское тело за год, проведённый в "пыточной для рабынь", как шепотом слуги называли комнату удовольствий повелителя, стало практически тщедушным. Длинные всклокоченные серебрянные волосы, которые стали еще реже, чем в те далёкие дни, когда эта бывшая светская львица блистала на балу в Эррадарасе, разметались в разные стороны. Лицо без грамма косметики осунулось и теперь без ухищрений служанок было откровенно некрасивым. Архагарандар не удержался от злой усмешки: и это благородная светлая леди, одна из самых завидных невест Эррадараса, племянница первого министра, сама леди Рогама Эдогар! Хоть девка и не блещет красотой, спасибо её дядюшке за такой подарочек. Этот светлый выродок столько наобещал ему, Властелину Ночи, лишь бы его никчёмную жизнь спасли. По правде сказать, слуга из него был что надо, расторопный и башковитый, так что Архагарандар по любому бы вытащил его с эшафота. А то, что так удачно предложил собственную племянницу, подняло настроение. Кто ж от бесплатной рабыни откажется! Не жену же ему, в самом деле, здесь на дыбе растянуть или кнутом отходить. А новых рабынь прикупить - дорого, к тому же чем старше становились дети, тем затратнее было их содержать. Один старший принц Ависей чего стоит со своей стихией ветра и любовью к смерчу, чтоб его... Размышления Архагарандара прервал тихий стон девушки... Мда, совсем негодна стала, да и надоела. - Ну что, милая, - обманчиво ласково проговорил Властелин Ночи, ловко подцепив пальцами её подборо