Распахиваю дверь кабинки, по лицам девушек видно, что они прекрасно знали, что я их слышу.
— Как раздвинете ноги, смотрите, чтобы не надуло, — говорю обеим и чуть ли не бегом выхожу из туалета.
***
Демьян
— Ты думаешь, что она тебя больше не любит? Поэтому с тобой не спит?
— Да похуй, что не спит, Никита. И даже если не любит. Я люблю, за нас двоих. Она мне не верит, вот что хуево.
— Папа, смотли, я еду! — кричит моя девочка, и я с готовностью включаю камеру на телефоне.
— Давай, принцесса, я снимаю!
Мы с Топольским стоим у подножия трассы. Он с коляской, я с телефоном.
Никита с Машей меняются и катаются по очереди. Янка уснула как только ее упаковали в коляску и вывезли на улицу.
— Она на морозе спит лучше всего, — сказала Маша, — это какой-то полярник, а не девочка.
Моими девчонками занимаются инструкторы. Ангелину увели на подъемник, а Миланку пока тренируют здесь, внизу.
— Смотри, она правда едет! — ахает Топольский. — Такой клоп и едет!
Даже не скрываю, как меня прет от гордости.
Это мой клоп! Это моя дочка такая способная!
— Они группируются правильно, у взрослых не у всех так получается, — хмыкаю с довольным видом.
Самому смешно, как легко я влился в ряды отцов, которые уверены, что их дети оф зе бест. Но это так, я дико горжусь своим ребенком. Она никого не оставляет равнодушным, не зря мои пиарщики в нее сходу вцепились.
И оказались правы, наши с Миланкой фото имеют максимальную конверсию в рекламе. Моя девочка всем «зашла». С таким рейтингом мне теперь даже в политику можно.
Дочка в восторге от поездки, ей нравится абсолютно все начиная с номера и заканчивая маленькой Янкой Топольской.
Зато с Ангелом у нас все глухо. Она ведет себя очень сдержанно и отстраненно, а я боюсь сделать лишнее движение, чтобы ее не спугнуть. Все время боюсь, что она меня пошлет и уедет как собиралась.
Что я без них буду делать?
Даже думать о таком не хочу.
Я надеялся, что здесь Ангелина расслабится, и у нас получится хоть немного сблизиться. Чтобы она хотя бы обнимать себя позволила. Но опять случился облом.
Машка очень переживала, что расстроила Ангелину. Я сразу понял, почему она так в лице изменилась.
Потому что Топольский был рядом с Машей и их дочкой, а мои девчонки одни остались. Я их бросил. Еще и женился.
Гондон.
Никитос проникся нашими непростыми отношениями, искренне хочет помочь.
— Демьян, хочешь, Маша с Ангелиной еще поговорит? — спрашивает. — Она предлагала.
— Вы не должны мое дерьмо расхлебывать, — мотаю головой. — Я сам исправить должен. Только как, не знаю.
— Ты, я слышал, Литвина посадил. Насчет Риты... тоже слышал... — Никита тщательно подбирает слова, — и что ты с матерью не общаешься больше. Не знаю, что тут еще можно сделать. Не убивать же их, тебя посадят.
— Ангелине это не нужно, понимаешь? — пробую объяснить приятелю. — Ей вся эта моя месть нахер не сдалась. Она бы всех простила, даже мою мать.
Никитос хмурит лоб, напряженно думает. Поворачивается ко мне с просветленным видом.
— Слушай, есть идея. Ты мне помог, я тебе тоже помочь могу. Хочешь? Попробуем...
***
— Демьян, как хорошо, что я тебя встретила! Можешь помочь? — зовет взволнованный женский голос.
Оборачиваюсь, девка-блогерша сидит прямо на дорожке и призывно смотрит. Та самая, которая ко мне в ресторане подкатывала. Ангелина сразу забрала Миланку и в туалет сбежала.
Со стороны это смотрелось, будто я девку клею, а Ангел мне помешать боится. Пиздец меня из-за этого накрыло. Теперь снова она, глаза сверкают как проблесковые маячки.
Я такой взгляд сразу узнаю. Он означает выеби-меня-где-нибудь-поскорее.
Раньше бы я повелся, почему нет? Сейчас нигде вообще не торкает. Подхожу ближе.
— Что случилось?
— Я, кажется, ногу подвернула. Поможешь? — она морщится от боли, может, и правда подвернула. Но я об этом никогда не узнаю. Потому что мне похуй.
— Сейчас приведу кого-то из персонала, пусть вызовут медиков.
— И бросишь меня вот так сидеть в снегу? — смотрит с укоризной.
— Прикинь, да, — киваю, — я бы с радостью помог, но я тут с ребенком.
— Хотя бы на скамейку помоги пересесть.
— Эй, парни, — зову проходящих мимо инструкторов, — помогите девушке, мне за дочкой надо проследить.
— Сука! — несется вслед раздраженное, но мне правда похуй.
Оставляю Миланку с инструктором еще на час, обещаю, что спущусь один раз и приду. Наверху нахожу Ангелину, подъезжаю ближе.
— Как у тебя дела?
Она раскрасневшаяся, довольная.
— У меня получается, Демьян!
— Я даже не сомневался. Видела бы ты как там наша дочка выписывает! Спускайся, встретимся внизу.